Андрей Ерпылев - Выход силой
стоящими у двери. – Освобождай плацкарт. Замена тебе пришла.
Какой то помятый, смазанный человечишко на четве¬реньках порскнул к хозяину камеры, но тот лениво отпих¬нул его ногой, и он под общий хохот скрылся под другими нарами.
– Тесновато тебе там будет, – участливо сказал седой. – Но что делать – привыкнешь. Надо же с чего то начинать.
– Возможны варианты, – вклинился еще один из си¬дельцев. – Машкой станешь – на нарах будешь жить. Прав¬да, возле параши.
Камера снова заржала. На какой тарабарщине они тут изъяснялись?!
– Ну что, служивый, – криво ухмыльнулся седой. – Бу¬дешь машкой нашей? Не обидим. Мы ласковые.
Князев отвернулся: он понимал, что над ним издеваются, но как вести себя в подобных случаях, понятия не имел. На Первомайской тюрем не было, и все дела быстро, без прово-лочек, решал трибунал под председательством Бати. Винов¬ного приговаривали либо к штрафным работам, либо к из¬гнанию, что было равносильно смертной казни. Других ва-риантов не было.
– Неразговорчивый какой... – огорчился хозяин каме¬ры. – Эй, Лавэ, – окликнул он того самого человека, что со¬общил о его, Игоря, причине появления здесь. – Разговори новичка. Ты это умеешь.
О'кейно, Седой! – Нескладный тип уже спрыгивал с нар. – Щас защебечет!
Удивительно, но седого мужика действительно завали Седым!
«« ||
»» [109 из
260]