Джордж Мартин - Битва королей. Книга I
— Да, — подхватил другой, — боги не терпят кровосмешения. Вспомните, как они низвергли Таргариенов.
У Брана пресеклось дыхание, словно чья то гигантская рука стиснула ему грудь. Он почувствовал, что падает, и отчаянно вцепился в поводья Плясуньи.
Должно быть, ужас отразился у него на лице, потому что Клей сказал:
— Бран! Тебе нехорошо? Ну, объявился еще один король — что тут такого?
— Робб и его побьет. — Бран повернул Плясунью к конюшне под удивленными взглядами Сервина и его свиты. В ушах у него шумело, и он упал бы, не будь он привязан к седлу.
В ту ночь он молил отцовских богов не посылать ему сновидений. Но боги, если и слышали, не вняли его мольбе — кошмар, который они ему послали, был хуже всякого волчьего сна.
— Лети или умри! — вскричала трехглазая ворона, клюнув его. Он плакал и просил, но ворона не знала жалости. Она выклевала ему сперва левый глаз, потом правый, а когда он ослеп, клюнула его в лоб, вогнав свой страшный острый клюв глубоко в череп. Он завопил так, что легкие чуть не лопнули. Голову ему словно топором раскололи, но когда ворона выдернула свой клюв, вымазанный мозгами и облепленный осколками кости, Бран снова прозрел. То, что он увидел, заставило его ахнуть от страха. Он цеплялся за башню в несколько миль высотой — пальцы у него скользили, ногти скребли по камню, ноги — дурацкие, бесполезные, неживые ноги — тянули вниз.
— Помогите! — закричал Бран. В небе над ним появился золотой человек и поднял его на башню.
— Чего не сделаешь ради любви, — тихо произнес человек и швырнул Брана в воздух.
ТИРИОН
«« ||
»» [242 из
462]