Джордж Мартин - Битва королей. Книга I
— Они будут еще больше, когда вырастут совсем, — сказал молодой самец, глядя на них большими, зелеными, лишенными страха глазами. — Черный полон страха и ярости, но серый очень силен... он сам не знает, какой он сильный... чувствуешь ты это, сестра?
— Нет. — Она опустила руку на свой длинный бурый нож. — Будь осторожен, Жойен.
— Он меня не тронет. Не в этот день мне суждено умереть. — Самец подошел к ним, ничего не боясь, и протянул руку к его морде, коснувшись легко, как летний бриз. Но от прикосновения этих пальцев деревья исчезли и земля под ногами обратилась в дым и умчалась прочь — он вертелся в пустоте и падал, падал, падал...
КЕЙТИЛИН
Она спала среди зеленых холмов, и ей снилось, что Бран цел и невредим, Арья с Сансой держатся за руки, а Рикон, ее младенец, у ее груди. Робб, без короны, играл с деревянным мечом. Когда все они мирно уснули, ее в постели ждал улыбающийся Нед.
Какой это был сладкий сон, и как быстро он кончился. Жестокий рассвет пронзил ее своим кинжалом. Она проснулась измученная и одинокая, уставшая от езды, от разных недомоганий и от долга. "Заплакать бы сейчас — и чтобы кто нибудь утешил. Я так устала быть сильной. Хочу хоть немножко побыть глупой и испуганной. Совсем немножко... один день... один час..."
Снаружи, за стенками шатра, уже суетились мужчины. Ржали лошади, Шадд жаловался на боль в спине, сир Вендел требовал свой лук. "Провалиться бы им всем. Они люди славные и преданные, но она от них устала. Ее дети — вот кто был ей нужен сейчас. Когда нибудь непременно позволю себе не быть сильной, пообещала она.
Но не сегодня. Сегодня не получится.
Она оделась, и собственные пальцы показались ей еще более неловкими, чем обычно. Что ж, надо быть благодарной и за то, что они хоть как то ее слушаются. Тот кинжал был из валирийской стали, а валирийская сталь жалит остро и глубоко. Стоило только посмотреть на шрамы, чтобы вспомнить.
Шадд помешивал овсянку в котелке, сир Вендел Мандерли натягивал лук.
«« ||
»» [315 из
462]