Джордж Мартин - Битва королей. Книга II
Сквозь индиговый мрак она различала черты Бессмертного справа от себя — древнего старца, сморщенного и безволосого. Тело у него было густого сине лилового цвета, губы и ногти еще темнее, почти черные. Даже белки глаз посинели. Глаза эти смотрели невидящим взором на старуху по ту сторону стола, одетую в давно сгнившее шелковое платье. Одна высохшая грудь была обнажена по квартийскому обычаю, и острый синий сосок казался твердым, как железо.
Да ведь она не дышит. Дени прислушалась к тишине. Никто из них не дышит, и не шевелится, и глаза у них ничего не видят. Неужели Бессмертные мертвы?
Ей ответил шепот, тихий, как мышиный шорох.
— Мы живы... живы... живы... — И другие шепчущие голоса подхватили: — Мы знаем... знаем... знаем...
— Я пришла сюда в поисках истины. Истинно или ложно то, что я видела в коридорах? Прошлое это или грядущее? И что означают эти видения?
— Игра теней... дни, еще не осуществленные... испей из чаши льда... испей из чаши огня...
— Матерь драконов... дитя троих...
— Троих? — непонимающе повторила она.
— Ибо три головы у дракона... — Призрачный хор шуршал у нее в голове, хотя губы вокруг не шевелились, и ничье дыхание не колебало синий воздух. — Матерь драконов... дитя бури... — Шепоты складывались в песнь. — Три огня должна ты зажечь... один за жизнь, один за смерть, один за любовь... — Сердце Дени билось в такт с тем, что плавало над столом. — Трех коней должна ты оседлать... один для похоти, один для страха, один для любви... — Ей показалось, что голоса стали громче, а ее сердцебиение и дыхание — медленнее. — Три измены должна ты испытать... одну из за золота, одну из за крови, одну из за любви...
— Я не... — прошептала она почти так же тихо, как они. Что с ней творится? — Я не понимаю, — сказала она погромче. Почему здесь так трудно разговаривать? — Помогите мне. Научите меня.
«« ||
»» [223 из
462]