Джордж Мартин - Буря мечей. Книга I
— Я угощу ее заливными собачьими мозгами и хорошей густой похлебкой из красного осьминога и неродившихся щенков.
— Он предложит вам наши изысканные блюда.
— Расскажи ей, как хороши пирамиды ночью. Скажи, что я слижу мед с ее грудей или дам слизать его с моих, если ей это больше по вкусу.
— Астапор прекраснее всего в сумерки, ваше величество. Добрые господа зажигают шелковые фонарики на каждой террасе, и пирамиды светятся разноцветными огнями. По Червю плавают нарядные барки. Тихая музыка играет на них, маня на острова, где ждут яства, вино и другие удовольствия.
— Спроси, не хочет ли она посетить наши бойцовые ямы, — добавил Кразнис. — В яме Дукора на сегодня намечена славная забава — медведь и трое маленьких мальчиков. Одного намажут медом, другого кровью, третьего тухлой рыбой, и она может поставить на то, которого медведь сожрет первым.
Тук тук тук. Лицо Арстана было спокойно, но посох отбивал ритм его ярости. Дени заставила себя улыбнуться.
— У меня на «Балерионе» есть свой медведь, и он съест меня, если я не вернусь вовремя.
— Вот вот, — сказал Кразнис. — Решает не женщина, а мужчина, к которому она бежит. Как всегда!
— Поблагодари доброго господина за его доброту и терпение, — сказала Дени, — и скажи, что я обдумаю все, о чем узнала сегодня. — И она подала руку Арстану, чтобы он проводил ее к носилкам. Агго и Чхого шагали по бокам развалистой походкой табунщиков, вынужденных идти пешком, как все прочие смертные.
Хмурая Дени забралась в носилки и пригласила Арстана сесть с собой: нельзя же старому человеку идти своими ногами по такой жаре. Занавески она не задернула. Солнце палило этот город из красного кирпича так, что любой случайный ветерок казался желанным, даже если нес с собой тонкую красную пыль. Кроме того, она хотела видеть.
«« ||
»» [348 из
607]