Джордж Мартин - Буря мечей. Книга II
Вся невинность мира заключалась в ее голосе. Невинность? Это у шлюхи то? Дурак. Для нее в мужчине главное то, что у него между ног.
— Тебе, может, и жаль, а мне нет. Впереди у нас обоих долгий день. Зря ты задула коптилку — как мы теперь отыщем свою одежду?
— Если не отыщем, пойдем голые, — засмеялась она. «И если нас кто то увидит, мой лорд отец повесит тебя».
Взяв Шаю в служанки к Сансе, он мог теперь без опаски разговаривать с ней, но не тешил себя тем, что им ничего не грозит. Варис не позволял ему успокаиваться.
— Я придумал Шае хорошую историю, которая вполне годилась для Лоллис и леди Танды, но ваша сестра куда более подозрительна. Если она спросит, что мне известно...
— Ты ей солжешь что нибудь.
— Ну уж нет. Я скажу, что эта девушка — лагерная потаскушка, которую вы подобрали перед битвой на Зеленом Зубце и привезли в Королевскую Гавань вопреки прямому запрету вашего лорда отца. Я не стану лгать королеве.
— Раньше ты врал без зазрения совести. Может, сказать ей об этом?
— Вы меня без ножа режете, милорд, — вздохнул евнух. — Я преданно служил вам, но и сестре вашей должен служить по возможности. Как вы думаете, долго ли я проживу, если стану совсем ей не нужен? У меня нет свирепого наемника, который охранял бы меня, нет отважного брата, который бы за меня отомстил — только маленькие пташки, которые шепчут мне на ухо. Эти то шепотки и помогают мне продлевать мою жизнь со дня на день.
— Прости меня за то, что я не плачу над твоей участью.
«« ||
»» [217 из
619]