Джордж Мартин - Игра престолов. Книга II
Старший брат теперь казался Брану каким то незнакомым, Робб преобразился в истинного лорда, еще не встретив шестнадцатых именин. Даже знаменосцы отца как будто бы поняли это. Многие пытались испытать его, каждый на собственный манер. Русе Болтон и Роберт Гловер требовали назначить их полководцами, первый ворчливо, второй с улыбкой и шуткой. Крепкая седоволосая Мейдж Мормонт, облаченная в кольчугу подобно мужчине, открыто заявила Роббу, что он годится ей во внуки и она не позволит командовать собой… однако закончила разговор тем, что у нее есть дочь, которую она рада будет отдать за него. Мягкоречивый лорд Сервин даже прихватил с собой свою дочь, пухленькую домашнюю девочку тринадцати лет, сидевшую у левой руки отца, не отрывая глаз от тарелки. Веселый лорд Хорнвуд дочерей не имел, но являлся с подарками, сегодня с конем, завтра с олениной, послезавтра с серебряным охотничьим рогом и ничего не просил… ничего, кроме некоего острога, отобранного у его деда, восстановления охотничьих прав Хорнвудов к северу от такого то хребта… и чтоб ему разрешили перегородить плотиной Белый Нож, если это будет угодно его светлости.
Робб отвечал каждому холодной любезностью, как всегда поступал отец, и каким то образом сумел подчинить всех себе.
Когда лорд Амбер, которого люди прозвали Большим Джоном, ибо он был ростом с Ходора и, наверное, раза в два шире в плечах, пригрозил увести свое войско домой, если Амберов поместят ниже Хорнвудов или Сервинов в походном порядке, Робб сказал, что будет рад этому.
— А когда мы покончим с Ланнистерами, — посулил он Большому Джону, почесывая за ухом своего лютоволка, — то направимся на север и, взяв ваш замок, милорд, повесим вас как клятвопреступника. — Тут Большой Джон с проклятиями бросил в огонь бутыль эля и объявил, что Робб еще настолько мал, что должен писать молоком.
Когда Халлис Моллен шагнул вперед, чтобы осадить его, великан одним ударом поверг его на пол, перевернул стол и извлек самый громадный и уродливый из всех великих мечей, которые Брану случалось видеть.
Сыновья его, братья и дружинники повскакали с мест, хватаясь за сталь.
Но Робб спокойно произнес одно лишь слово, раздался негромкий рык, и в мановение ока лорд Амбер оказался на спине; меч его отлетел фута на три, из руки его, там, где Серый Ветер откусил два пальца, хлынула кровь.
— Мой лорд отец всегда говаривал, что поднявшего меч на сюзерена ждет смерть, — сказал Робб, — но вы, вне сомнения, просто захотели нарезать мне мясо. — Внутренности Брана поднялись к горлу, когда Большой Джон встал на ноги, обсасывая оставшиеся от пальцев огрызки… но тут, к его удивлению, гигант расхохотался.
— Твое мясо, — взревел он, — малость жестковато.
И каким— то образом после этого Большой Джон сделался правой рукой Робба, его надежнейшим помощником, громко уверявшим всех и вся, что юный милорд самый настоящий Старк и тем, кто не хочет, чтобы им откусили ногу, лучше преклонить колена.
«« ||
»» [172 из
422]