Джордж Мартин - Пир стервятников
– Придержите язык, сир.
– Я тоже люблю тебя, дорогая сестра.
Как я то могла любить этого несчастного'? – подумала она, когда Джейме ушел. Он твой близнец , твоя тень , вторая твоя половина , прошептал ей другой голос. Что ж , ответила она, когда то он , возможно , и был всем этим , но теперь перестал. Теперь он чужой для меня.
По сравнению с пышным бракосочетанием Джоффри свадьба короля Томмена была весьма скромной. Еще одну роскошную церемонию устраивать никому не хотелось, королеве меньше всего, и платить за нее никто не хотел, меньше всего Тиреллы. Юный король совершил брачный обряд в королевской септе Красного Замка в присутствии какой нибудь сотни гостей – вместо тысяч народу, видевших, как его брат берет в жены ту же самую женщину.
Невеста была весела и прекрасна, жених по детски круглолиц и неловок. Звонким голоском произнес он свои обеты, обещая любить и почитать дважды овдовевшую дочь Мейса Тирелла. Маргери надела то же платье, в котором выходила за Джоффри, – воздушное сооружение из шелка цвета слоновой кости, мирийских кружев и мелкого жемчуга. Серсея так и не сняла траура по убиенному первенцу. Пусть его вдова смеется, пьет вино и танцует – мать не способна столь же легко забыть своего сына.
Нехорошо это, думалось ей. Слишком поспешно. Подождать бы год или два. Хайгардену следовало бы довольствоваться помолвкой. Серсея смотрела на Мейса Тирелла, стоявшего между женой и матерью. Устроить эту свадебную комедию меня вынудил ты , милорд , – об этом я тоже не скоро забуду.
Когда пришло время менять плащ, Маргери грациозно преклонила колени, и Томмен накинул ей на плечи тот самый парчовый кошмар, которым Роберт окутал Серсею в день их свадьбы, с коронованным оленем Баратеонов, вышитым черным ониксом на спине. Серсея хотела взять для этого красный шелковый плащ, брачный плащ Джоффри. «Им мой лорд отец когда то одел мою леди мать», – объясняла она Тиреллам, но Королева Шипов и тут пошла ей наперекор. «Такой старый? – сказала эта карга. – Он, должно быть, сильно потерся, да и счастья никому не принес, смею сказать. И разве олень не больше приличествует законному сыну короля Роберта? В мои времена невесту облачали в цвета ее мужа, а не свекрови».
Благодаря грязному письму Станниса о происхождении Томмена кружило и так уже много слухов. Серсея не посмела раздувать огонь, настаивая на ланнистерском багрянце, и уступила со всей учтивостью которую сумела из себя выжать. Но вид золотой парчи с ониксом возмущал ее и теперь. Чем больше мы даем этим Тиреллам , тем больше она хотят.
Обряд завершился, и король со своей новой королевой вышли из септы принимать поздравления.
– Теперь в Вестеросе две королевы, и молодая не менее прекрасна, чем старая, – ляпнул сир Лайл Кракехолл, олух, часто напоминавший Серсее ее покойного и отнюдь не оплакиваемого мужа. Она охотно влепила бы ему оплеуху. Джайлс Росби подошел к ее руке и раскашлялся, забрызгав ей пальцы. Лорд Редвин приложился к щеке Серсеи, Мейс Тирелл расцеловал в обе. Великий мейстер Пицель заверил, что она не теряет сына, но обретает дочь. По крайней мере судьба избавила ее от слезливых причитаний леди Танды. Ни одна Стоквортиха на свадьбе не появилась – и на том спасибо.
«« ||
»» [193 из
799]