Джордж Мартин - Пир стервятников
Бейлон не велел ему говорить об этом, но Бейлона больше нет.
– Он сделал ей ребенка, а убийство оставил мне. Я и его убил бы, но Бейлон не допустил братоубийства в своих чертогах. Он послал Эурона в изгнание и запретил ему возвращаться...
– ...пока он, Бейлон, жив?
Виктарион опустил взгляд на свои руки, сжатые в кулаки.
– Она наставила мне рога. У меня не было выбора. – Если бы это открылось, люди смеялись бы над ним, как смеялся Вороний Глаз. «Она пришла ко мне в полной готовности, – хвастался Эурон. – Видно, наш Виктарион не во всем велик». Но Аше он не мог в этом признаться.
– Мне жаль тебя, а ее еще жальче, – сказала она, – но придется мне, видно, заявить собственные права на Морской Трон.
– Дело твое, женщина.
– Чье же еще, – сказала она и ушла.
УТОПЛЕННИК
Когда руки и ноги совсем закоченели, Эйерон Грейджой вышел на берег и оделся.
«« ||
»» [307 из
799]