Джордж Мартин - Танец с драконами. Грезы и пыль
– Кхал Поно, – небрежно махнул рукой Каво. – Они приходят, получают от нас дары и уходят. – Его катапульта съела белого Тирионова дракона, и началась бойня, хотя карлик продержался еще с дюжину ходов. – Плач и рыдание, – бросил Каво, сгребая монеты. – Еще раз?
– Не стоит, – сказал Хелдон. – Карлик получил хороший урок – можно возвращаться на лодку.
Костер на площади еще горел, но жрец удалился, и толпа разошлась. В окнах борделя мерцали свечи, изнутри слышался женский смех.
– Ночь еще молода, – сказал Тирион. – Каво, возможно, кое о чем умолчал, а шлюхи от клиентов чего только не слышат.
– Так не терпится побыть с женщиной, Йолло?
– Собственные пальцы быстро надоедают. – Почему бы шлюхам не отправляться в Селхорис? Тиша может быть здесь, в этом доме, с татуировкой-слезой на щеке. – Я чуть было не утонул – после такого мужчину особенно тянет к женщине. И надо же мне проверить, окаменел мой член или нет.
– Подожду тебя в таверне у ворот в гавань, – засмеялся Хелдон. – Не застревай там надолго.
– Насчет этого можешь не волноваться. Женщины стараются отделаться от меня как можно скорее.
Бордель был скромен по сравнению с теми, которые Тирион посещал в Ланниспорте и Королевской Гавани. Хозяин говорил, похоже, только на волантинском, но звон серебра понимал хорошо. Он провел Тириона в длинную, пахнущую благовониями комнату, где скучали четыре рабыни в разных стадиях обнаженности. Две прожили никак не менее сорока лет, младшей было пятнадцать-шестнадцать. Красотой они сильно превосходили гаваньских шлюх, хотя и оставляли желать много лучшего. Одна была явно беременна, другая просто толстуха, с железными колечками в обоих сосках. Слезы под глазом украшали всех четырех.
– Нет ли у вас девушки, говорящей на языке Вестероса? – Хозяин не понял, и Тирион повторил свой вопрос на классическом валирийском. На этот раз тот уловил что-то и ответил по-волантински. Тирион ухватил только «закатная девушка» – из западных королевств, очевидно.
«« ||
»» [326 из
550]