Антон Грановский - Тайный враг
. А если так, то и выход из этой ловушки, рассчитанной на заурядных тварей, должен найтись.
Крев открыл глаза и попытался осмотреть свое тело. Черная, покрытая жесткой
шерстью масса была проткнула штырями как минимум в десяти местах. Лапы тоже оказались пригвожденными. Если попытаться расшатать штыри…
Крев слегка двинул лапами и тут же взвыл от боли. Нет, не годится. Крев расслабился и перевел дух. Он вдруг заметил, что на толстых корнях пихты, торчащих из мокрой земли, сидят какие-то зверьки. Должно быть, местные падальщики. Пять или шесть. Дожидаются, пока он сдохнет, чтобы начать свою мрачную трапезу.
Крев усмехнулся безобразным круглым ртом, усеянным по окружности острыми клыками, и негромко позвал:
– Эй, вы!
Зверьки насторожились. Они походили на крыс, но их бурая кожа была совершенно голой, а челюсти, крупные, массивные, будто у крошечных бульдогов, были усыпаны острыми зубками, слегка загнутыми внутрь – видимо, для того, чтобы удобнее было рвать на части падаль.
– Эй, вы… – снова позвал Крев, превозмогая боль. – Бритые крысы…
Сравнение с бритыми крысами показалось Креву смешным, и он издал горлом резкий звук, отдаленно напоминающий человеческий смех. Он думал, что падальщики убегут, но они лишь склонили набок бурые безобразные головки и уставились на него черными, злыми глазками.
Эти не убегут. Эти дождутся его смерти. Обязательно дождутся. А потом обглодают его тело до самых костей. Хотя… может, у него и костей-то никаких нет? Может, весь он – сгусток мускулов, силы и гнева? Слепое порождение ада! Ну да, слепое. Вот ведь и крысят этих он видит вовсе не глазами. Их образы – всего лишь переплетенья издаваемых ими запахов.
«« ||
»» [376 из
461]