Антон Грановский - Темные врата
Оба вора завопили одновременно, а Прошка быстро отполз в сторону, выставил перед собой нож и крикнул:
– Подходи, гады! Всех исполосую!
А потом, не дожидаясь, пока воры снова кинутся в атаку, полоснул себя ножом по левой ладони, сжал кулак, выдавливая кровь, а потом швырнул пригоршню крови жуликам в лица и захохотал.
– И впрямь сумасшедший, – с ужасом проговорил кто-то из парней.
– В него дух болотный вселился!
Прошка, продолжая хохотать, поднял окровавленную руку в жесте призыва злых духов и медленно поднялся на ноги.
– Духов зовет! – выдохнул один из воров.
– Писк, – боязливо проговорил другой, – лучше бы нам уйти, пока они не явились.
Писк обмахнул себя охранным знаком, повернулся и, ни слова не говоря, зашагал прочь. Жулики торопливо пошли за ним. Двое из них хромали.
Оставшись в переулке один, Прошка еще с минуту хохотал и не мог остановиться, будто в него и впрямь кто-то вселился. А потом замолчал, перевел дух и сунул окровавленную ладонь в снег. Подождав, пока рука хорошенько замерзнет, Прошка вытащил ее и перевязал лоскутом ткани, оторванным от исподней рубашки.
«« ||
»» [194 из
396]