Антон Грановский - Темные врата
Некоторое время все трое молчали. Потом Рамон вздохнул и заявил:
– Ладно. В нас говорит обида, а не разум. Ты наш друг, Первоход, и мы должны простить тебя. Хлопуша, ты как?
– Прощу, только когда увижу, как дознавателю Скрябе прижигают ягодицы раскаленным железом, – объявил Хлопуша.
– Да будет так, – кивнул Глеб. – Теперь мы можем продолжить разговор?
– Теперь можем, – пробасил Хлопуша, ухмыльнулся и, протянув руку к жареному гусю, вырвал у него из бока поджаристую ножку.
Глеб подождал, пока оба странника чуть-чуть подкрепятся, затем спросил:
– Итак, что же вы видели?
Рамон, доедая блин, взглянул на Хлопушу:
– Толстяк, расскажи ему.
Хлопуша отправил в рот кусок гусиного мяса, облизнул пыльцы и пробасил с набитым ртом:
«« ||
»» [259 из
396]