Антон Грановский - Темные врата
Прошка прищурился и процедил сквозь зубы:
– Не дам.
– Чего так?
– Свой надо иметь.
Черная собака, стоявшая возле Писка, сделала пару шагов навстречу Прошке и снова зарычала.
Пальцы Прошки, лежащие на рукояти меча, слегка подрагивали. С одной стороны, ему было до ужаса страшно. С другой – в душе его поднялась разбойная, разухабистая удаль, о которой он почти позабыл. Прошка прекрасно понимал, что ему достанется. Однако азарт заставлял его сердце биться быстрее и сжиматься от радостного предвкушения побоища.
Когда-то отец Прошки любил приговаривать, что боги сотворили мужика для трех вещей: драться, пахать да бабу мять. Прошка твердо это усвоил и едва ли не с младенчества умел орудовать кулаками.
Воры оглядели Прошку с ног до головы, потом верзила усмехнулся и спросил:
– Ну что, Писк? Бить будем или так отпустим?
– А это как сам он захочет, – небрежно ответил Писк. – Слышь, барчук? Чего оцепенел-то? Сымай кафтан и сапоги. Да штаны не забудь, пока не обмочился!
«« ||
»» [272 из
396]