Дмитрий Глуховский - Mетро
— А как её зовут?
— Как зовут? Действительно, как же её зовут? Ну, скажем, Ракета, — предположил Марк. — «Ракета» грозно звучит?
Артём не был уверен, что смысл соревнования заключается в том, чья крыса быстрее порвёт соперника на куски, но смолчал. Потом выяснилось, что свою крысу Марк поймал только сегодня, и на этот раз он не выдержал.
— А откуда вы знаете, что она победит?
— Я в неё верю, Артём! — торжественно произнёс тот. — И вообще, ты знаешь, я ведь давно уже хотел свою крысу, на чужих ставил, они проигрывали, и я думал тогда: ничего, наступит день, и у тебя будет своя, и уж она-то принесёт тебе удачу. Но всё никак не решался, да это и не так просто, надо получить разрешение судьи, а это такая тягомотина... я и подумал, так вся жизнь пройдёт, тебя какой-нибудь «приезжий» сожрёт, или сам помрёшь, а своей, собственной крысы так и не будет. А потом ты мне попался, и я подумал: вот оно! Сейчас или никогда. Если ты и сейчас не рискнёшь, сказал я себе, значит, так и будешь всю оставшуюся жизнь ставить на чужих крыс. И решил: если уж играть, так по-крупному. Мне, конечно, хочется тебе помочь, но это не главное, ты уж извини. А хотелось вот так подойти, и этому хрычу усатому, — понизил голос Марк, — заявить: ставлю лично против вашего Пирата. Он так взбеленился, что заставил судью мою крысу вне очереди аттестовать. И ты знаешь... — прибавил он, чуть помолчав, — за такой момент стоит потом год чистить нужники.
— Но ведь наша крыса точно проиграет! — Артём услышал, как в его голосе звенит отчаяние.
Марк посмотрел на него долгим взглядом, потом улыбнулся тихо, и сказал:
— А вдруг?
Строго оглядев собравшуюся публику, судья пригладил свои седеющие волосы, важно прокашлялся и начал зачитывать клички крыс, участвующих в забеге. Ракета шла на самом последнем месте, но Марк не обратил на это никакого внимания. Больше всех аплодисментов сорвал Пират, а Ракете хлопал только Артём, потому что у Марка были заняты руки, он держал клетку. В этот момент Артём всё ещё надеялся на чудо, которое избавило бы его от бесславного конца в зловонной пучине.
Затем судья сделал холостой выстрел из своего Макарова, и хозяева открыли клетки. Ракета вырвалась из клетки первой, так что сердце у Артёма радостно сжалось, но зато потом, когда остальные крысы бросились вперёд через весь переход, кто медленнее, кто быстрее, Ракета, не оправдывая своего гордого имени, забилась в угол метров через пять от старта, да так там и осталась. Подгонять крыс по правилам было запрещено, и Артём с опаской посмотрел на Марка, ожидая, что тот будет убит горем. Но лицо у того своим выражением напоминало скорее капитана крейсера, который отдаёт приказ о затоплении боевого корабля, только чтобы он не досталось врагу, как в потрёпанной книжке про какую-то войну русских с кем-то там ещё, которая лежала у них в библиотеке.
«« ||
»» [148 из
356]