Дмитрий Глуховский - Mетро
Этот туннель испытывал его, его способность противостоять страху. Но он не сдастся. Он прошёл уже слишком через многое, чтобы испугаться темноты и эха. Эха?
Оно приближалось, теперь в этом не оставалось никакого сомнения. В последний раз Артём остановился, когда призрачные шаги слышались уже метрах в двадцати. Это было так необъяснимо жутко, что, не выдержав, вытирая со лба холодную испарину, Артём, дав петуха, крикнул в пустоту: «Есть там кто-нибудь?» Эхо послушно отозвалось пугающе близко, и своего голоса Артём не узнал. Дрожащие отголоски понеслись наперегонки в глубину туннелей, теряя звуки: «там кто-нибудь... о-нибудь... будь...», но никто на них так и не отозвался. И вдруг случилось невероятное: они стали возвращаться назад, повторяя его вопрос, в обратном порядке набирая оброненные слоги и становясь всё громче, пока в тридцати шагах от него кто-то не повторил его вопрос испуганным голосом.
Этого Артём вынести не смог. Развернувшись, он пошёл назад, сначала стараясь идти не слишком быстро, а потом и вовсе позабыв о том, что нельзя давать страху поблажек, и спотыкаясь, побежал. Но уже через несколько минут он понял, что теперь отзвуки шагов слышатся на том же расстоянии в двадцать метров. Незримый преследователь не желал отпускать его. Задыхаясь, Артём бежал уже, не разбирая направления, и в конце концов, налетел на туннельную сбойку.
Эхо немедленно стихло. Ещё через пять минут он сумел собрать свою волю в кулак, подняться, и сделать шаг вперёд. Это было верное направление. Покрываясь холодной испариной, Артём понял это из-за того, что с каждым пройденным метром звук шаркающих о бетон подошв становился всё ближе, двигаясь ему навстречу. И только стучащая в ушах кровь чуть заглушала зловещий шорох. Каждый раз, когда Артём замирал на месте, останавливался в темноте и его преследователь — в том, что это не эхо, он теперь уже был совершенно уверен.
Так продолжалось, пока шаги не зазвучали на расстоянии вытянутой руки. И тогда Артём, крича и размахивая вслепую кулаками, бросился вперёд, туда, где оно должно было находиться по его расчётам.
Ладони со свистом рассекли пустоту, и никто не пытался спрятаться от его ударов. Он тщетно рубил воздух, кричал, отпрыгивал, расставлял руки в стороны, пытаясь схватить невидимого в темноте противника. Пустота. Там никого не было. Но только он отдышался и сделал ещё один шаг к Полису, как тяжёлый шаркающий звук раздася уже прямо перед ним. Ещё взмах рукой — и снова ничего. Артём почувствовал, что сходит с ума. До боли выкатив глаза, он пытался увидеть хоть-что нибудь, уши старались уловить близкое дыхание другого существа. Но там просто никого не было.
Простояв неподвижно несколько долгих секунд, Артём подумал, что, как бы не объяснялось это странное явление, опасности оно для него не представляет. Наверное, акустика. Приду домой, спрошу у отчима, сказал себе он, и когда он занёс уже ногу, чтобы сделать ещё шаг к своей цели, прямо в ухо ему кто-то шепнул негромко:
«Жди. Тебе туда сейчас нельзя»
«Кто это? Кто здесь?» — тяжело дыша, скороговоркой бросил Артём. Но никто ему не отвечал. Вокруг него опять была густая пустота. Тогда он, вытерев пот со лба тыльной стороной ладони, заспешил в сторону Боровицкой. Призрачные стопы его преследователя с той же скоростью зашуршали в обратном направлении, постепенно стихая вдали, пока не канули в тишину насовсем. И только тогда Артём остановился. Он не знал, и не мог знать, что это было, он никогда не слышал ни о чём подобном ни от кого из своих друзей, и отчим не рассказывал ему о таком вечерами у костра. Но кто бы не шепнул ему в ухо приказание остановиться и подождать, теперь, когда Артём больше не боялся его, когда у него было время осознать и поразмыслить над произошедшим, звучал гипнотически убедительно.
Следующие двадцать минут он провёл, сидя на рельсе, раскачиваясь, словно пьяный, из стороны в сторону, пытаясь побороть озноб, и вспоминая странный, не человеку принадлежавший голос, приказавший ему ждать. Дальше он двинулся только когда дрожь начала наконец проходить, а страшный шёпот в его голове — сливаться с тихим свистом поднявшегося туннельного сквозняка.
«« ||
»» [176 из
356]