Дмитрий Глуховский - Mетро
Поэтому Артём стоял на месте, хотя обернуться назад так и подмывало, и рассматривал пока монумент, основание которого заросло мхом. Это был сидевший в глубоком кресле мрачный старик, опёршийся на локоть. Из выщербленных бронзовых зрачков на грудь капало что-то медленное и густое, от чего казалось, что памятник плачет.
Долго смотреть на это было невыносимо. Поэтому он обошёл статую вокруг и внимательнее пригляделся к дверям. Всё было спокойно, стояла совершенная тишина, и только чуть подвывал ветер, гулявший между обглоданных остовов зданий. Отряд ушёл довольно давно, его с собой не взяли, приказали остаться и сторожить, а если что — спускаться на станцию и предупредить о случившемся.
Время шло медленно, он считал его шагами, который делал вокруг основания памятника — раз, два, три...
Это произошло, когда он дошёл до ровно пятисот — топот и рычание раздалось сзади, из-за спины, прямо оттуда, куда нельзя было взглянуть. Что-то находилось совсем рядом, оно могло броситься на него в любой момент. Артём замер, прислушиваясь, потом бросился на землю и прижался к постаменту, держа автомат наготове.
Теперь оно было совсем рядом — видимо, с другой стороны памятника, было слышно его хриплое животное дыхание, и оно двигалось, приближаясь к Артёму по периметру. Он попытался унять дрожь в руках и удерживать то место, откуда существо должно было появиться, под прицелом.
Но дыхание и звуки шагов неожиданно стали удаляться. А когда Артём выглянул из-за статуи, чтобы воспользоваться случаем и срезать неведомого противника очередью в спину, он тут же забыл и про него, и про всё остальное в своей жизни.
Звезда на кремлёвской башне была ясно видна даже отсюда. Сама башня оставалась лишь мутным силуэтом в неверном свете выглядывающей из-за облаков луны, но звезда выделялась на её фоне чётко, она приковывала к себе внимание всякого смотрящего на неё — по вполне понятной причине. Она сияла. Не веря своим глазам, он приник к полевому биноклю.
Сияла неистовым ярко-красным светом, освещая несколько метров пространства вокруг себя, и когда Артём присмотрелся получше, то заметил, что свечение было неровным — в гигантском рубине была словно заточена буря — и он озарялся сполохами, в нём что-то перетекало, бурлило, вспыхивало... Зрелище было потрясающей, невозможной для этого мира красоты, но с такого расстояния было видно слишком плохо. Надо было подойти поближе.
Закинув автомат за плечо, Артём бегом спустился по лестнице, проскочил растрескавшийся асфальт улицы, и остановился только на углу, откуда было видно уже всю кремлёвскую стену... и башни. На каждой из них лучилась красная звезда. Еле переведя дыхание, Артём снова приник к окулярам. Все они полыхали тем же бурлящим неровным светом, и на них хотелось смотреть вечно.
Сосредоточившись на ближайшей из них, Артём всё любовался её фантастическими переливами, пока ему вдруг не почудилось, что он различает какую-то форму очертания чего-то, что движется внутри, под поверхностью кристаллов.
«« ||
»» [188 из
356]