Дмитрий Глуховский - Mетро
В подъезде было темно, и ему пришлось включить фонарь. В круглом пятне света возникали обшарпанные стены, исписанные похабщиной несколько десятилетий назад, загаженная лестница, выломанные двери разорённых и выгоревших квартир. Картину запустения дополняли по хозяйски снующие вокруг непуганые крысы.
Подъезд он выбрал удачно — окна лестничной клетки выходили на проспект, и поднявшись на очередной этаж, он мог удостовериться, что твари пока не решаются последовать за ним. Они уже подобрались вплотную к входным дверям, но вместо того, чтобы войти в подъезд, окружили его, рассевшись на задних лапах и снова словно превратились в каменные статуи. Артём не верил, что они отступятся и дадут добыче ускользнуть. Рано или поздно они сделают попытку достать его и изнутри, если, конечно, в подъезде не скрывается нечто такое, из-за чего Артём сам будет вынужден бежать оттуда.
Он поднялся ещё этажом выше, привычно осветил двери квартир и обнаружил, что одна из них закрыта. Толкнул плечом и убедился, что замок заперт. Не долго думая, он приставил к замочной скважине дуло автомата, выстрелил, и пинком распахнул дверь настежь. По большому счёту ему было всё равно, в какой из квартир держать оборону, но упустить свой шанс взглянуть на нетронутое жильё людей ушедшей эпохи он не мог.
Первым делом он захлопнул дверь и задвинул её стоявшим в прихожей шкафом. Серьёзного штурма эта баррикада не выдержала бы, но по крайней мере, незаметно преодолеть её им не удастся. После этого Артём подошёл к окну и осторожно выглянул наружу. Это была практически идеальная огневая позиция — с высоты четвёртого этажа ему было отлично видно подступы к подъезду и с десяток тварей, полукругом сидящих у входа. Теперь преимущество было за ним, и он не замедлил им воспользоваться. Включив лазерный прицел, он навёл красную точку на голову самой крупной из осадивших подъезд бестий и, выдохнув, спустил курок. Громыхнула короткая очередь, и создание беззвучно завалилось на бок. Остальные молниеносно метнулись в разные стороны, и через мгновение улица была пуста. Но в том, что далеко они уходить не собирались, сомневаться не приходилось. Артём решил переждать и убедиться, что смерть собрата действительно отпугнула этих тварей.
А пока у него было немного времени, чтобы исследовать квартиру.
Хотя стёкла здесь, как и во всём доме, были давно выбиты, мебель и вообще вся обстановка сохранились на удивление хорошо. По полу были разбросаны маленькие комочки, напоминавшие крысиный яд, который использовали и они дома, на ВДНХ. Может, это он и был, потому что ни одной крысы в комнатах Артём не заметил. Чем дольше он ходил по квартире, тем больше убеждался, что жильцы не бросили её впопыхах, а тщательно законсервировали, надеясь однажды вернуться. Она была тщательно убрана, на кухне предусмотрительно не было оставлено никаких продуктов, которые могли бы привлечь грызунов или насекомых, большая часть мебели была укрыта целлофаном.
Переходя из комнаты в комнату, Артём пытался представить себе, каким был быт людей, живших в этой квартире. Сколько их здесь жило? Во сколько они вставали? Приходили с работы? Ужинали? Кто сидел во главе стола? О многих занятиях, ритуалах и вещах он имел представления только по книгам, и сейчас, видя настоящее жильё, убеждался в том, что раньше многое воображал себе совсем неверно.
Артём аккуратно приподнял полупрозрачную полиэтиленовую пленку и осмотрел книжные полки. Среди знакомых по книжным развалам в метро детективов там стояло несколько красочных детских книг. Он взялся за корешок одной из них и тихонько потянул на себя. Пока он листал украшенные изображениями весёлых зверей страницы, из книги выпал листок плотной бумаги. Нагнувшись, Артём поднял его с пола — это оказалась выцветшая фотография улыбающейся женщины с маленьким ребёнком на руках.
Он окаменел.
Ритм, с которым билось его сердце, нарушился. Только что разгонявшее по телу кровь размеренными толчками, оно вдруг заспешило, застучало невпопад. Артёму страшно захотелось снять тесный противогаз, глотнуть свежего воздуха, каким бы ядовитым он ни был. Осторожно, словно боясь, что снимок рассыпется в прах от прикосновения его пальцев, он взял его с полки и поднёс к глазам.
«« ||
»» [222 из
356]