Дмитрий Глуховский - Будущее
Но что то тянет у меня внутри – то ли кишки, то ли желудок, – когда я гляжу на него, обугленного. Хорошо бы это была совесть – тогда первым делом, выйдя отсюда, я бы опростался.
– Девять Ноль Ноль, – продолжает, откашлявшись, Зевс. – Есть ли среди твоей десятки такой...
Девятисотый бурчит что то хмуро. Пятьсот Третий, заткнутый, глядит на него с надеждой. А Девятисотый повторяет для него и для меня – раздельно, четко:
– Таких людей у нас нет.
Все! Все! Осталось, чтобы за меня проголосовал Девятьсот Шестой, – и все будет кончено. Я вылезу отсюда и больше в жизни не вспомню про это место, про зверя людоеда, которого я затравил.
Не вспомню! Не вспомню!
– Девять Ноль Шесть, – замыкая, проговаривает старший, не замечая, как вожатые крутят и давят к полу неистовствующего Пятьсот Третьего. – Есть ли среди твоей десятки такой, кто не должен покинуть интернат, кто не достоин пополнить великую Фалангу?
– Да, – внезапно чеканит Девятьсот Шестой.
Он глядит на меня – спокойно, уверенно. На меня?!
Нет! Я уже почти вышел отсюда! Зачем тебе это?! Не предавай меня – не ты! Не оставляй меня этому зверю! Почему? Почему?! Сговор? Месть?! Я молчу.
«« ||
»» [620 из
807]