Андрей Гребенщиков - Ниже ада
– Вот и умничка. – Старик сместился так, чтобы загородить девушку от любопытных взглядов и исподволь погладил ее по щеке. – Умничка… Насчет стены мысли есть?
В это время сзади раздался возбужденный крик Ксюши Стрелы:
– Тут около вентиляции такая же дрянь прячется! Они нам воздух перекрывают!
– Хреновый расклад. – Вольф не стал дожидаться ответа Никиты. – Кислорода надолго не хватит. Давайте экспериментировать.
Как оказалось, ни ножи, ни огонь, ни дерево прикладов живую стену не брали. Само собой, пинки и удары не на шутку обозленных амазонок зримого эффекта также не оказывали. А неумолимое время шло. С каждым выдохом живительный воздух превращался в обрекающий на удушье углекислый газ. Ярость и боевой азарт сменились сначала тревогой, а затем и настоящим, честным страхом – страхом смерти.
После долгих совещаний Вольф пришел к неутешительному выводу: заблокировавшего их гада придется подрывать. Пусть не из подствольника, а связкой гранат, но последствия отчаянного шага от этого не менялись – массовая контузия взрывной волной, а самым «удачливым» – еще и осколочные ранения. И это еще хороший сценарий.
– Посмотрите на нашего умника, – недобро прошипела сержант Ирина Броня, указывая на склонившегося над какими то бумагами Гринько. – Он уже молитвы, небось, читает, интеллигентик перепуганный. Зря старается, в рай с полными штанами не пускают.
Никто не засмеялся. Славик же, ненадолго оторвавшись от бумаг, неожиданно твердо заявил:
– А я в рай пока не собираюсь. И в ад тоже. Если не будете меня отвлекать, то и сами со смертью повремените.
Генрих Станиславович внимательно посмотрел на Гринько – его уверенность и спокойствие вызвали у старика невольное уважение к непутевому дылде. А еще Вольф с облегчением осознал, что гранаты пускать в ход рано. Где пасует сила, там на выручку придет ум. Так оно и получилось.
«« ||
»» [230 из
346]