Андрей Гребенщиков - Ниже ада
– Маааркууус!!! – Крик сперва превратился в поросячий визг и затих, оборвавшись на самой высокой из доступных человеческой глотке ноте.
Не на шутку перепуганный блондин обернулся. Никого. На пустыре, где только что лежал здоровяк, колыхалась похожая на болотину земля, залитая бурой, пузырящейся жидкостью. Через секунду кровавая лужа впиталась в почву, на глазах обретшую прежнюю твердую форму.
Тевтон выматерился и бросился прочь от проклятого места.
Далеко бежать не пришлось – сбавить темп Маркуса заставили раздавшиеся вновь, уже совсем рядом, автоматные очереди. Стрельба была явно беспорядочной и, неприцельной, кто то явно палил на ходу, отбиваясь от превосходящего противника. Спешить и лезть на рожон не хотелось. Перейдя с бега на быстрый, но выверенный и осторожный шаг, Тевтон миновал арочный склад, уперся в одноэтажное здание, увенчанное странной башенкой, и, немного высунувшись наружу, окинул взглядом прилегающую улицу. Вернее, улочку – узенькую и совсем короткую, не более полутора сотен метров. В конце нее, озаряясь огненными всполохами непрекращающихся выстрелов, показались две человеческие фигуры. Одна неистово колотила руками в закрытую дверь очень странного дома, сверху сужающегося в многогранную шахматную ладью, вторая беспрестанно била из «калаша» по сгустившейся над ними темной туче.
Острые глаза блондина сразу же выхватили и отметили самые важные детали. Люди, занявшие оборону, были одеты иначе, чем те, которых преследовала группа Маркуса. Более того, их облачение совершенно точно соответствовало тому, что носили в родном Бункере, – на них были защитные костюмы военного образца. Отстреливались бойцы от каких то некрупных птиц, выглядящих совсем не опасно. Впрочем, Тевтон знал, что на поверхности всех неопасных тварей давно сожрали опасные, а потому терпеливо ждал развития событий, не вмешиваясь в происходящее.
Под настойчивыми ударами дверь, наконец, распахнулась – кто то сжалился и пустил несчастных внутрь спасительного помещения. Темная туча, покружив несколько минут над «ладьей», с разочарованным, голодным гвалтом покинула поле боя, устремившись в свинцово серые небеса.
Мешкать дальше было нельзя, и Маркус, не таясь больше, помчался к месту сходки.
Он чуть замедлил бег, когда изнутри послышались новые выстрелы – перестрелка продолжалась! Из башни донеслись отчаянные человеческие крики, но быстро смолкли, сменились гробовой тишиной. Тевтон вжался ухом в дверь – ничего, подергал дверную ручку – как и ожидал, заперто. Можно было расстрелять замок, однако выдавать свое присутствие раньше времени не следовало. Тем более, за дверью могли находиться выжившие – Маркус нутром чуял, что люди только затаились, напряженно выжидая. Он пошарил глазами по фасаду здания, отметив, что два некогда больших окна заделаны кирпичом, причем не очень тщательно.
Найти ящик на порядком захламленной улице, чтобы залезть на него и ножом подковырнуть выпирающий из кладки кирпич, не составило никакого труда. Маркус припал ухом к образовавшемуся отверстию и тут же был вознагражден за труды – внутри кто то то ли переругивался, то ли просто разговаривал на повышенных тонах. Два голоса, оба мужских, твердых и уверенных. Один из них Маркус узнал сразу – хрипловатый бас Вольфа!
«Вот это удача! – возликовал Тевтон. – Выродки с Ботаники и старина Генрих в одном флаконе!»
«« ||
»» [308 из
346]