Евгений Гришковец - А.....а
Когда я читал эти романы, весь их простор раздвигал, а иногда даже стирал стены моей комнаты. Как же мне хотелось туда! Правда, Америки, в смысле Соединённых Штатов, я тогда в тех куперовских просторах не чувствовал и не видел. Простор, романтика, неизведанные земли, приключения и всё. Ещё пока без существенных признаков будущей мощной страны. Герои Фенимора Купера представить себе не могли небоскрёбов.
На смену его героям и его просторам, буквально следом, пришли другие. Это были герои и просторы Джека Лондона. На меня обрушился холод Аляски, золотая лихорадка, льды реки Юкон и белое безмолвие.
Я думал и думаю, а почему в непроходимых и опасных лесах, в безлюдных прериях, холодных реках, озёрах, смертельном холоде Аляски мне виделся простор, да и сейчас видится? А в нашей тайге, в заполярном Севере, в далёких восточных пределах было для меня что то мрачное, непреодолимо тяжёлое и ощущалось даже какое то наказание?
Я думал об этом и понял, что это связано совсем не с климатом. Аляска Джека Лондона была смертельно опасна, от неё веяло жуткой стужей, а его герои гибли через одного. Но там был простор, в отличие от менее суровых территорий за Уралом и далее. Почему? Для себя я понял это совсем недавно.
Просто герои Фенимора Купера искали лучшей жизни, чем у них была. Они шли по прериям, переправлялись через реки, воевали с индейцами, прогоняя их с исконных земель, вырубали леса, только чтобы найти место для новой жизни. Для жизни удобной, счастливой и, по возможности, богатой.
А герои Джека Лондона искали золото. Просто золото! Они терпели мороз, голод и цингу с одной единственной целью: найти золото, разбогатеть и зажить счастливо. Никаких других более сложных, философских, благородных, научных или государственных задач у них и в помине не было. Да к тому же эти лондоновские золотоискатели при любых обстоятельствах старались и любили (правда, если было что) вкусно поесть, выпить виски, пожевать табаку, покурить сигару, поиграть в азартные игры, что нибудь выгодно продать, купить или выменять.
В простоте и ясности целей был простор. И в этом просторе сияла Великая Американская Мечта!
А книги наших писателей я брал в руки по указке школьной программы, и это само уже сообщало им не объём, а тяжесть. В них не хотелось углубляться. Хотелось в них заскочить и тут же выскочить ради других книг. Хотелось, если уж это было необходимо, в наши книги заглянуть, найти то, что нужно было для урока, и скорее вернуться на просторы, которые были нужны лично мне.
В наших книгах и фильмах по этим книгам тоже были суровые земли, нехоженые места, неизведанные территории, мощные реки и полноводные озёра. Но люди шли туда совершенно другие, с другими задачами, а главное, с каким то другим настроением. Все эти книги и фильмы создавали совершенно другой образ человека.
Это был образ смертельно усталых людей, которые движутся на восток в неведомые края не в поисках лучшей жизни, не за радостью и счастьем, а идут от трудной жизни к ещё более трудной.
«« ||
»» [30 из
72]