Ольга Громыко Андрей Уланов - Космобиолухи
Кто именно попал в число «не всех», Роджер понял, только когда Станислав отошел в сторону. За ним, чуть не плача, стояла Полина с безжизненным тельцем ежика в руках. Сакаи осторожно взял его у девушки. Пригладил заляпанную грязью шерстку, поднес к лицу, дунул в мордочку, словно надеясь, что ежик отзовется на привычную ласку.
Но чуда не произошло, зверек по-прежнему лежал в ладонях непривычно тяжелым грузом.
— Прости...— Капитан запнулся, сглотнул подступивший к горлу ком и продолжил: — Прости, что так получилось. Не знаю, чем для тебя были мы... но ты для нас был куда больше, чем домашний любимец. Ты был талисманом нашей команды... частью ее души... и ты был нашим другом, которого нам будет не хватать... и которого мы не забудем.— Роджер тяжело вздохнул и, оглянувшись, попросил: — Лопату дайте.
— Лопаты на базе остались,— виновато сообщил Тед.— Мы решили, чего их туда-сюда таскать, канаву все равно подновлять придется...
— Да и потом, тут не земля, а сплошное болото,— с отвращением произнес Винни.— Разве это место для настоящего космического пи... то есть волка?! Я в этой жиже точно не хочу лежать; уверен, Петрович тоже не захотел бы. А вообще, некоторые пилоты завещают, чтобы их оставили на низкой орбите родной планеты,— подумав, добавил он,— чтобы вернуться падающей звездой.
— У нас больше нет катера,— напомнил Сакаи,— и устроить похороны по правилам, в открытом космосе, мы сможем, только когда назад полетим.
— Мы флайер одолжим, если что,— предложил Теодор.— Правда, на орбиту ему не подняться, но, если... гм, кремировать покойного, можно пепел в атмосфере рассеять. Почти то же самое получится.
— Да, наверное.— Роджер тяжело вздохнул.— Это хорошая идея. Так и сделаем.
Фрэнк, закусив губу, потянул из кобуры «мегагриль». Сакаи шагнул вправо и нагнулся к высокой кочке, показавшейся ему достаточно достойной, чтобы принять павшего члена экипажа. Полина с Джилл уже откровенно рыдали, обнявшись, словно две разлученные в детстве сестры. Тед смущенно кашлянул и отвернулся, Дэн героически сдерживал тошноту, чтобы не испаскудить трагичность момента.
— Прощай, наш... А-а-ах ты, дрянь! — Роджер подскочил и с проклятиями закрутился на месте — очнувшийся и оскорбленный в лучших чувствах ежик тяпнул его за ладонь.
«« ||
»» [302 из
511]