Уолтер Айзексон - Стив Джобс
В тот вторник Джонсон приехал в офис раньше обычного и рассказал Джобсу о своей идее. Ему уже доводилось слышать рассказы о несдержанности босса, но никогда не приходилось сталкиваться с ней самому — до этого момента. Джобс взорвался.
— Ты понимаешь, что говоришь? Я полгода трахался с этим магазином, а ты хочешь все переделать! — гремел он, а потом вдруг затих. — Я устал. Не знаю, получится ли у меня построить все заново.
Джонсон потерял дар речи, и Джобс сделал все, чтобы тот его не обрел. По пути на склад, где все, как обычно, собрались для вторничной встречи, Джобс сказал, чтобы Джонсон не говорил ни слова ни ему, ни членам команды. Семиминутная поездка прошла в полной тишине. К тому моменту, как они приехали, Джобс уже успел переварить новую информацию. «Я понял, что Рон прав», — вспоминал он. К огромному удивлению Джонсона, Джобс начал встречу с того, что заявил:
— Рон считает, что мы все сделали неправильно. Он говорит, что магазин должен быть устроен не вокруг продуктов, а вокруг того, что можно с ними сделать.
После паузы Джобс добавил:
— И я с ним согласен.
Затем он сказал, что они должны все поменять, пусть и придется отложить запланированное на январь открытие на три-четыре месяца.
— У нас есть только один шанс на успех.
Джобс любил рассказывать сотрудникам, что все проекты, которые в итоге стали успешными, приходилось в какой-то момент полностью переделывать; на том собрании он тоже об этом вспомнил. В каждом из случаев его вдруг осеняло: что-то пошло не так. Например, в процессе работы над «Историей игрушек» вдруг стало ясно, что ковбой Вуди постепенно превратился в какого-то козла. Подобные «открытия» пару раз случались при разработке первого Macintosh.
— Если что-то вас не устраивает, нельзя говорить: «а, ладно, исправим потом», — объяснял Джобс. — Так поступают в других компаниях.
«« ||
»» [175 из
302]