Железников Владимир Карпович - Чучело
«Не „кто то“, а вы, – резко ответила Маргарита, голос у нее стал чужой. – Не люблю, когда врут».
А Димка ей в ответ, что и он не любит, когда врут.
«Тогда сознавайся… Куда все „слиняли“? Так, кажется, вы это называете?..»
Димка молчал.
«Боишься правду сказать?» – не отставала Маргарита.
Она его стыдила, стыдила, ругала, ругала… Сначала, что мы жалкие людишки. Потом – неблагородные и неблагодарные. И не понимаем хорошего отношения и человеческого участия. Перед самым отъездом… Обидно… Так обидно!.. Прямо нож в спину! Ну никак не ожидала… А у самой голос дрожал.
Мне ее жалко стало. У нее праздник – свадьба, а мы ей нож в спину. А потом у нее голос окреп. Не знаю, чем он ее добил. Может быть, презрительной усмешкой уголком рта – у него такая усмешка.
В общем, она его ругала, а он терпел до тех пор, пока она не назвала его трусом.
«Я трус? – впервые подал голос Димка, и он зазвенел в моих ушах. – Я я я я?!» Так он громко крикнул, так возмутился, что она назвала его трусом.
Он ведь не был трусом. Ты же помнишь, как он у Вальки отбивал собак, как дрался с его старшим братом, с Петькой. Про Димку в школе легенды рассказывали. Он вытащил из горящего сарая кошку только потому, что маленькая девочка плакала – это была ее кошка. Все ее успокаивали, а в сарай, конечно, никто не лез… Представляешь, как он возмутился! Он кошек из огня вытаскивал, хотя их вовсе и не любил, но вытаскивал! А она ему: «Трус, жалкий, презренный трус!»
«« ||
»» [75 из
245]