Тимофей Калашников - Изнанка мира
Кирилл застыл. Он вдруг почувствовал, что случилось ужасное и каким-то образом оно касается Ирины. У сталкеров были свои каналы передачи новостей, и зачастую информация приходила к ним раньше, чем к официальному руководству.
— Что произошло?
— Ты только успокойся, сядь… Не буду ходить вокруг да около, ты взрослый, и лучше, Кирюха, если ты все узнаешь сразу. Итак, начиная с сего дня, тебе категорически запрещается появляться на станциях Красной ветки севернее Комсомольской, — Павел вытащил из внутреннего кармана куртки смятую бумагу, развернул и положил на колени младшему брату. — Вот приказ. Читай.
— Откуда у тебя это? — упавшим голосом спросил Кирилл.
— Я же сталкер. Для меня многие двери открыты, куда тебя, прости, и на порог не пустят. От меня секретов ни у кого нет… Ах, да ладно! Зачем, черт побери, я тебе буду врать? Пока кое-кто на кольцевой шарахался, ко мне нарочный прибыл. По прямой, конечно же, быстрее! На словах передал, чтоб я тебя на Курской перехватил и от глупостей удержал, потому что Сомов, дескать, моему младшему брату зла не желает. Но с Ириной твоей он снюхался, или она с ним. Вроде за него замуж собралась. Так что ты там под ногами путаться не должен, с любовью своей. Вишь, какой он у вас благородный! Мог бы просто шлепнуть втихаря, но помнит, что…
Договорить Павел не успел — брата словно крыса укусила. Он вскочил, подхватил рюкзак и бросился к выходу.
— Стой! — старший подскочил и уцепился за лямку рюкзака. — Стой, не дергайся! Ты куда?!
— Мне нужно с ней поговорить…
— Что?! Киро, ты спятил совсем! Пойми, дурилка картонная, это не игрушки! За нарушение приказа, да еще и в военное время, тебя мигом арестуют. А потом Сомов тебя все-таки расстреляет. И это, заметь, в лучшем случае!
— Он не может жениться на Ирине. Он же секретарь партячейки, а она — дочь Анатолия Лыкова. Предателя, врага народа… — в глазах юноши застыла мучительная мольба. — Но ведь есть же Партия?! Тебе не понять…
«« ||
»» [165 из
296]