Тимофей Калашников - Изнанка мира
Одноколейный туннель выглядел самым обычным: сухой пыльный пол, тускло блестевшие рельсы, оборванные провода и криво висящие стойки ничем не отличались от всех прочих, виденных Кириллом в жизни.
«Может быть, недалеко станция. По-любому надо шагать вперед, туда, где сквозняком тянет. Хотя, какая разница?.. Можно вообще никуда не ходить. Все равно меня никто нигде не ждет…» — подумал Зорин, но все-таки двинулся дальше.
Чутье не обмануло, и через короткое время он понял, что туннель кончился.
— Эй? — прошептал Кирилл, оглядываясь и продолжая двигаться по путям вдоль платформы.
Станция, на которую он вышел, была тиха, темна и безжизненна. Вверху, на стене, облицованной светло-бежевым мрамором, виднелись буквы, отливавшие серым металлом: А-К-Н-Я-Л-О-П.
— По-лян-ка, — по слогам прочитал Кирилл прерывающимся голосом. — Полянка…
«Всеми нелюбимая… всеми обсуждаемая… самая непонятная из всех станций метро. Вот и подходящее место, чтобы…» — однако он не додумал окончания фразы, а, подтянувшись, закинул на платформу колено и забрался сам.
Зорин не увидел и следа от палаток, костров и вообще какого-либо присутствия человека… Казалось, станция была необитаемой изначально. Юноша по привычке прислонился к колонне, чтобы не оставлять спину незащищенной. Несмотря на очевидное безлюдье, он чувствовал пробегающую по телу дрожь тревоги; как будто станция, молчаливая или не хотящая говорить, все-таки наблюдала за незваным посетителем сквозь полуприкрытые веки.
Открывшееся пространство казалось бесконечно огромным. И оно было пустым, но не той пустотой неизвестной опасности, которой угрожали перегоны и сбойки или забытые служебные туннели и коридоры, по которым Кириллу довелось блуждать не так давно. Нет, здесь в самом воздухе ощущалось что-то презрительно-равнодушное к человеку…
— Ну, и где видения-откровения?! — громко проговорил молодой коммунист, чтобы подбодрить себя. — Где галлюцинации? Где монстры-привидения? Тут только пыль. Так я и думал. Враки все… россказни…
«« ||
»» [169 из
296]