Артём Каменистый - На краю архипелага
Пресыщенные находками в главное здание зашли утомленно-умиротворенными. Это оказался храм, столь же диковинный, как и все остальное. Стены выкрашены красными разводами - с виду небрежными, но в целом они образовывали гармоничный узор выверенный до мельчайших деталей. Повсюду развешаны тонкие бронзовые цепи - если собрать все, наверное, не меньше пары сотен метров получится. С потолка свисают конические светильники на тех же бронзовых цепях, посреди помещения тройной камень алтаря, похожий на олимпийский пьедестал.
Бродяга, не обращая ни на что внимания, подошел к дальней стене, попросил:
- Не стойте в проходе - свет заслоняете.
Макс, послушавшись, вошел внутрь, приблизился, уставился туда же. Среди цепей и красных разводов на стене выделялась подчеркнуто неровная клякса серой штукатурки, поверх которой была нанесена небольшая фреска - портрет молодой женщины в головном уборе из разноцветных перьев. Судя по плечам, "попавшим в кадр", и основная одежда была сделана из того же необычного материала.
- Это та царица, в которую ты влюбился? - спросил Снежок.
- Не влюблялся я ни в кого, - заворожено ответил Бродяга. - Но ты сам посмотри - это точно царица.
Макс мысленно согласился: лицо горделивое, в нем велика доля чего-то хищного, орлиного, но странным образом его не портящего - женщина и впрямь недурна собой, хотя и не в его вкусе. Ему не нравятся высокие лица и строгая холодность.
- Ты ее видел? - не отставал Снежок.
- Нет. У бронзовых людей не было женщин.
- Они что - молились на этот портрет?
«« ||
»» [31 из
232]