Стивен Кинг
– Стой дурак! – закричал Брут, во Перси не прореагировал. Как только мистер Джинглз догнал катушку – слишком увлеченный ею, чтобы заметить, что его старый враг неподалеку, – Перси изо всех сил наступил на него своим тяжелым черным башмаком. Послышался хруст ломающегося позвоночника Мистера Джинглза, изо рта у него хлынула кровь. Его темные глазки выкатились из орбит, и в них я прочел совсем человеческое выражение удивления я страдания.
Делакруа закричал от горя и ужаса. Он бросился на дверь своей камеры, просунул руки сквозь решетку как можно дальше и стал снова и скова звать мышонка по имени.
Перси обратился к нему, улыбаясь. А также к нам с Брутом:
– Вот так, – сказал он. – Я знал, что рано или поз-дно разделаюсь с ним. Вопрос времени, – Он повернулся и не торопясь пошел назад по Зеленой Миле, оставив Мистера Джинглза лежать на линолеуме в красной лу-жице крови, растекающейся по зеленому.
Дин вскочил из-за стола, ударившись об него коле-ном и опрокинув доску для игры в нарды на пол. Фишки рассыпались и покатились в разные стороны, но ни Дин, ни Харри не обратили на это ни малейшего внимания.
– Что ты наделал? – закричал Дин. – Ну что ты опять натворил, дубина?
Перси не ответил. Он молча прошагал мимо стола, приглаживая руками волосы. Он прошел через мой кабинет в помещение склада. Вилли Уортон ответил за него:
– Что он сделал, босс Дин? По-моему, просто показал французоиду, что смеяться над ним – не очень-то мудро. – Он засмеялся здоровым таким смехом деревен-ского парня – жизнерадостным и глубоким. Мне попадались люди (правда, довольно редко), которые выглядели нормальными только когда смеялись. Буйный Билл Уортон был как раз из них.
Я снова обескураженно посмотрел на мышонка. Он все еще дышал, но в его усиках застывали капельки крови, и пелена постепенно застилала его еще недавно блестящие глазки-бусинки. Брут поднял разноцветную катушку, взглянул сначала на нее, а потом на меня. Он был растерян, да и я тоже. За спиной Делакруа все еще причитал от горя и ужаса. И дело не только в мыши. Перси пробил брешь в защитной броне Делакруа, и теперь весь его страх выплескивался наружу. Но Мистер Джинглз оставался в центре его переживаний, и слушать это было тяжело.
– Нет, нет, – снова и снова причитал он между рыданиями и сбивчивыми молитвами на ломаном французском. – Нет, нет, бедный Мистер Джинглз, мой бедный Мистер Джинглэ, нет, нет.
«« ||
»» [127 из
304]