СТИВЕН КИНГ
Руди развернул свой сандвич, который показался Брайану начиненным салями и сыром, и откусил порядочный кусок. Теперь он выплюнул его прямо на пол с гримасой отвращения.
– Испорчен! – воскликнул Руди. – Тьфу ты, черт! Ну и гадость!
– Испорчен? – быстро переспросил. Боб Дженкинс. Глаза его заблестели. – Сомневаюсь. Обработанное мясо настолько напичкано консервантами, что только часов через восемь на солнцепеке оно «заскучает». А судя по часам, ток в холодильнике отключился менее пяти часов тому назад.
– А может, и нет, – возразил Альберт. – Это вы просто предположили, будто время кажется более поздним, чем показывают наши наручные часы.
– Верно, но я не думаю… А скажите, мистер Варвик, камера была еще холодной? Когда вы ее открыли, там было холодно?
– Не сказал бы, что холодно, но, в общем, прохладно, – ответил Руди. – Но этот бутерброд совершенно сговнялся. Прошу прощения у дам. Вот! – Он протянул сандвич. – Если вы не считаете, что он испорчен, попробуйте сами.
Боб посмотрел на бутерброд с сомнением. Однако после некоторого колебания взял его и откусил с нетронутой стороны. Альберт заметил выражение мимолетной гадливости на его лице. Но он не стал сразу избавляться от своего куска. Осторожно пожевал разок-другой, потом отвернулся и сплюнул на ладонь. Сбросил с ладони в плевательницу, туда же последовал и бутерброд.
– Не испорчен, – сказал он. – Просто лишен вкуса. И не только это. У него нет, как бы это сказать, субстанции. – Рот его гадливо искривился. – Вот мы говорим о пресных продуктах. Отварной рис без подливы, вареная картошка без соли. Но даже самая пресная еда, я полагаю, имеет свой вкус. А здесь его просто нет. Все равно, что жевать бумагу. Неудивительно, что вы сочли его испорченным.
– Он и есть испорченный, – упрямо возразил лысый мужчина.
– А попробуйте-ка ваше пиво, – предложил Боб. – Оно-то не должно быть испорченным, все-таки закупорено герметически. Такое даже вне холодильника не портится.
«« ||
»» [128 из
312]