Стивен Кинг - Под куполом
— Мы сделали все, что могли, — сказал Расти.
По правде, Гаскелл сделал больше того, на что он, как казалось, был способен.
Он напомнил Расти героя тех бейсбольных романов, которые он так любил читать в детстве, когда на площадку выбегает пожилой питчер и добывает в борьбе славу своей команде в седьмой игре Мировой серии. К сожалению, только Расти и Джинни Томлинсон наблюдали этот высокий класс, хотя на этот раз старый боец и не получил хеппи-энда.
Расти подключил капельницу со смесью физраствора и манита[161], чтобы уменьшить отек мозга. Гаскелл бегом оставил операционную, чтобы сделать клинический анализ крови в лаборатории дальше по коридору. Именно Гаскелл, потому что Расти не имел для этого квалификации, а лаборантов не было. В больнице имени Катрин Рассел теперь ужасно не хватало персонала. Расти подумал, что мальчик Динсморов — это только первый взнос из той суммы, которую вынужден будет заплатить город за недостаток персонала.
Что хуже, у мальчика оказалась вторая группа с отрицательным резусом, именно такой крови не было среди их небольших запасов. Но была кровь первой группы — универсальный донор — и они ввели Рори четыре единицы, таким образом, в запасе осталось всего девять. Тратить кровь на мальчика, вероятно, было все равно, что вылить ее в канализацию, но никто из них этого не произнес. Пока кровь поступала в тело, Гаскелл послал Джинни вниз, в кладовую, размером не большей чем шкафчик, которая служила госпитальной библиотекой. Она вернулась с истрепанным томом «Нейрохирургия. Короткое описание». Гаскелл оперировал, заглядывая в раскрытую книгу, ее страницы, чтобы не перелистывались, прижали отоскопом. Расти думал, что никогда ему не забыть визг пилы, запах пиленой кости в теплом воздухе и густой сгусток крови, который появился, когда Гаскелл убрал выпиленную черепную пластинку.
Несколько минут Расти все еще лелеял в себе надежду. Когда сквозь трепанационное отверстия мозг был освобожден от давления гематомы, жизненные показатели Рори стабилизировались или, по крайней мере, попробовали это сделать. Но тогда, когда Гаскелл старался выяснить, сможет ли он достать фрагмент пули, все вновь покатилось кувырком, и очень быстро.
Расти подумал о родителях, которые ждут и надеются без надежды. А теперь, вместо того чтобы вывезти Рори из операционной на каталке налево по коридору, в отделение интенсивной терапии, куда можно было бы позволить украдкой заглянуть его родным, выходило так, что его надо везти направо, в морг.
— Если бы это была ординарная ситуация, я бы поддерживал его жизненно важные функции и спросил бы родителей, не согласятся ли они на донорство органов, — сказал Гаскелл. — Однако же, конечно, при ординарной ситуации он к нам и не попал бы. А если бы даже попал, я бы не стал его оперировать, заглядывая… в чертов справочник «Тойота для чайников»[162]. — Он ухватил отоскоп и бросил его через операционную. Ударившись об стену, тот отбил кусочек зеленого кафеля и упал наземь.
— А вы не прикажете вколоть ему адреналин? — спросила Джинни спокойно, невозмутимо и сосредоточено… хотя на вид была крайне изможденной, изнуренной до такого состояния, что вот-вот сама упадет бездыханная.
— Разве я не ясно сказал? Я не желаю продолжать мальчику агонию. — Гаскелл потянулся к красной кнопке, которой выключалась система искусственного дыхания. Какой-то шутник, наверное, Твич, приклеил там маленькую наклейку с надписью «НАЕЛСЯ!» — Или у вас есть другие мысли, Расти?
«« ||
»» [232 из
1249]