Стивен Кинг - Под куполом
Он оставил Бренду в надвинутой на лоб кепке и с тыквой на коленях, а сам зашел в дом, чтобы спрятать ее сумку и ждать своего сына.
Предположение выборного Ренни, что никто не видел, как Бренда в то утра подходила к его дому, было правильным. Однако ее утренние передвижения не остались незамеченными, и видел ее не кто-то один, а целых три человека, включая того, кто также жил на Милл-Стрит. Если бы об этом знал Большой Джим, могло бы это знание его сдержать? Навряд ли: к тому времени он уже полностью определил себе курс, и поздно было поворачивать назад. Однако это могло бы побудить его к размышлению (потому что он был думающим человеком, в своем роде, конечно) о схожести между убийством и картофельными чипсами «Лэйс»[281]: после первого уже тяжело остановиться.
Сам Большой Джим не видел никаких соглядатаев, когда спускался постоять на углу Милл-Стрит и Мэйн. И Бренда никого не видела, поднимаясь к городской площади. И это потому, что те не желали быть увиденными. Они прятались внутри моста Мира, сооружении, признанном опасным. Но это не самое худшее. Если бы Клэр Макклечи увидела сигареты, она бы по-настоящему обалдела. Фактически, она могла бы раскудахталась, как целых две курицы. И, конечно же, никогда больше не позволила бы своему Джо водиться с Норри Келверт, даже если бы от их дружбы зависела судьба всего города, потому что именно Норри принесла курево — скомканную, сильно помятую пачку «Уинстона», которую нашла на полке в гараже. Ее отец бросил курить еще год назад, и пачка успела покрыться тонкой вуалью пыли, но сигареты внутри нее, по мнению Норри, выглядели вполне пригодными. Их там лежало только три штуки, но три — это как раз столько, сколько им нужно: каждому по одной. Воспринимайте это как ритуал привлечения удачи, проинструктировала она.
— Мы будем курить, как индейцы, которые молятся своим богам об удачной охоте. Тогда это должно подействовать.
— Звучит хорошо, — сказал Джо. Его всегда интриговало курение. Он не мог понять, в чем его привлекательность, но должно же в нем что-то быть, если столько людей этим все еще занимаются.
— Каких богов? — спросил Бэнни Дрэйк.
— Каких тебе захочется богов, — ответила Норри, взглянув на него так, словно он был самым тупым существом во всей вселенной. — Господа Бога, если тебе нравится именно Он. — Одетая в выцветшие джинсовые шорты и розовый топ без рукавов, с распущенным волосами, которые, вместо того чтобы быть туго, до скрипа, стянутыми на затылке в повседневный хвостик, сейчас обрамляли ее лукавое личико, она нравилась обоим ребятам. Они были от нее в восторге, если по правде. — Я буду молиться Чудо-Женщине[282].
— Чудо-Женщина не богиня, — возразил Джо, аккуратно расправляя выбранную им сигарету. — Чудо-Женщина просто супергероиня. — А подумав, добавил: — Возможно, самая суперская.
— Для меня она богиня, — ответила Норри, вспыхнув глазами с пасмурной искренностью, которой невозможно было противоречить, тем более ее высмеивать. Она тоже аккуратно расправляла свою сигарету. Бэнни свою оставил в том виде, как и досталась; Бэнни считал, что погнутая сигарета прибавляет его образу кульности.
— Я носила браслеты силы Чудо-Женщины до девяти лет, а потом я их потеряла; думаю, у меня их украла та сучка Ивонна Недо.
«« ||
»» [527 из
1249]