Владимир Колычев - Блокпост
Радиосвязь в пределах Мокрянки по-прежнему не действовала, но для сообщения между постами мы приспособили обычные проводные телефоны.
Опасность не наблюдалась и на западном направлении. У меня не было времени, чтобы тратить его на дорогу в дальний конец коридора, поэтому с расположенной там точкой я связался по телефону. Велел Пуху и Шарпу вместе со всем оружием переместиться из западной части коридора в его восточное крыло и занять огневую позицию в комнате, окна которой выходили на озеро.
Мне ли, обожженному Аномальем волку, не знать, на что способны опытные спецназовцы. Я не питал иллюзий относительно затяжного боя. После того как мы откроем огонь, противник быстро оправится от неожиданности, пристреляется, и тогда нам станет жарко.
Якут со звоном выбил стволом пулемета стекло, расширив сектор обстрела, и начал стрелять. Одновременно с этим электрическим светом озарились фонари в парке и вспыхнули прожекторы на крыше здания. Маскировка все равно уже нарушена, так что пора зажечь с музыкой…
Я находился в коридоре, когда услышал громовой перестук длинных очередей. Бойцы уже на местах, оборону я организовал, можно и самому припасть к прицелу.
Бой в обороне, с превосходящим противником – дело серьезное. Тут и голова нужна, и рефлексы… Но я как будто отключился. Карабин забросил за спину, вооружился «Печенегом» с бронебойными пулями. Стрелял на поражение, не забивая голову моралью. Заметив спецназовца, присевшего на корточки, чтобы выстрелить из «Мухи», срезал его длинной кучной очередью. В каске боец и прочнейшем бронежилете – не факт, что пули смогут справиться с такой защитой. Был бы у меня «Корд», тогда никаких вопросов, а «Печенег» при всех своих достоинствах мог и подвести. Но я знал, куда стрелять – в шею, в слабо защищенное броней пространство. И, похоже, я смог надежно поразить цель.
Сознание мое как будто отключилось, но рефлексы не подвели – благодаря им я вовремя заметил опасность. В наше окно снова направили трубу гранатомета, но в этот раз я не успевал упредить противника.
– Ложись! – заорал я.
Хотелось, чтобы психиатрическая лечебница действительно стала для нас домом отдыха. И Марица нам это обещала, и я сам был расположен к тому, чтобы пожить немного в тишине и праздности. Но к обороне тем не менее мы подготовились всерьез. Поэтому в каждой палате, оборудованной для боя, в ближних от окна углах располагались защитные сооружения из мешков с песком. Сейчас это нам и пригодилось. Я занял укрытие в левом углу, Якут – в правом. Противотанковая граната врезалась в дальнюю стенку рядом с дверью и мгновенно взорвалась. В яркой вспышке огня ударная волна, сбивая верхние мешки, перекатилась через них, вдавила меня в пол, будто слоновьей ногой наступив на голову. Осколок выбил из стены у меня под носом кусок штукатурки. Комната заполнилась едкой гарью с запахом тротиловой смеси. «Корд» рухнул на пол вместе с эстакадным станком.
Якут, не дожидаясь команды, поднялся сам и начал поднимать пулемет. Я тоже встал, выглянул в окно и увидел сразу нескольких бойцов, готовых добить нас гранатным залпом. А на восток выходили всего два окна, значит, на каждую комнату приходилось по два-три снаряда.
«« ||
»» [122 из
322]