Елена Кондратьева - Миллиардер
- Ученый сказал, что это место называется Бараки Ада, - сообщил капитан, который покидал базу с явным облегчением.
- Откуда такое зловещее название?
- Ну, тут речка течет, она Ада называется. А рядом раньше были бараки. Золотопромышленники или еще кто, давно оно было… Да и бараки снесло ураганом, одна избушка осталась, в ней охотники иногда ночуют.
- Ну и названьице, - плюнул Гумилев и пошел к вертолету, уже начинавшему раскручивать лопасти винта.
В Москву Андрей вернулся с тягостным чувством.
Несколько дней он прожил на автомате. Ожидая новостей от Свиридова и его группы, продолжавшей прочесывать тайгу, Гумилев максимально изолировал себя от общения с людьми, если только этого не требовали интересы дела, не открывал газет, не включал телевизор, не слушал радио и не заходил в Интернет. Большую часть времени он проводил на нижних этажах своего офиса, где работали компьютерщики, далекие ото всего, что не касается программ и виртуальных миров. Он с головой погрузился в работу, которая всегда помогала ему переживать удары судьбы.
Время от времени звонил Свиридов и докладывал, что в очередной раз ничего не обнаружено.
Так прошло пять дней, на протяжении которых Гумилев с трудом удерживался от того, чтобы не начать пить. Когда к нему пришел Арсений Ковалев, Андрей откупорил бутылку солодового шотландского виски "Дан Эйдан Дангласс" 1967 года и налил в стаканы на два пальца. Бросил кубики льда, тонко зазвеневшие о стены. Понюхал янтарный напиток из далекого Эдинбурга и поставил на место, не сделав даже глотка.
Арсений, напротив, опрокинул свой стакан залпом. Забегал по кабинету, размахивая руками и восклицая:
- Да как ты можешь тут спокойно сидеть! Я бы на твоем месте уже с ума сошел от беспокойства!
«« ||
»» [110 из
249]