Елена Кондратьева - Миллиардер
- Убеждения, - грустно произнес адвокат. - Я слишком хорошо знаю себя. Если дать слабину, то все, пиши пропало. Поэтому - ни грамма алкоголя, ни единой сигареты, ни одной лишней калории. Иначе я за месяц превращусь в одышливую развалину.
Гумилев, хрустя салатом, посмотрел на прихлебывающего чай адвоката и про себя усмехнулся: "Адамов обманывает сам себя. Старость в первую очередь поражает мозг. Он слишком много говорит о своих проблемах и болячках, как это делают все пожилые люди. Впрочем, адвокат он грамотный, так что кое-какие чудачества можно и простить…"
Некоторое время в столовой царила тишина, нарушаемая лишь стуком приборов и боем старинных часов. Эти часы, огромные, напольные, выполненные в виде лондонского Биг-Бена, Андрею подарил посол Великобритании в России, и они являлись единственной малофункциональной вещью в его доме.
Утолив голод, Гумилев отложил вилку, промокнул губы салфеткой и, пока горничная наливала ему мате, спросил у Адамова:
- Как дела у Краснова? Суд все еще идет?
- Собственно, я потому и приехал, - ответил адвокат. - Сегодня было последнее заседание. Судья вынес приговор…
- Не томите, Александр Михайлович, - попросил Гумилев, уже понимая, что сейчас услышит хорошую новость.
- Три года колонии-поселения! - отчеканил Адамов, широко улыбаясь. - Минимум из минимума! Срок будет отбывать в Подмосковье.
- Отлично, - кивнул Андрей. - А что с условиями для дальнейшей учебы? Мне важно, чтобы Дмитрий продолжил обучение.
- Этот вопрос решен положительно, - Адамов сделал рукой некий многозначительный жест, как бы давая понять своему шефу: раз уж я занимаюсь этим делом, проблем быть не может. - Краснову доставят всю необходимую литературу. Раз в неделю к нему будут приезжать на свидание преподаватели из университета. Они не смогли отказать мне в этой просьбе.
«« ||
»» [192 из
249]