Владимир Корн - Путь на острова
— Не беги! — заорал я, понимаю, что ничего уже не изменить.
Длинное тонкое чирукское копье вонзилось ему между лопаток, сбив с ног, и уронив лицом в землю. Джибраль попытался подняться на ноги, встал на колени, и снова уткнулся в траву, теперь уже окончательно.
И снова я рявкнул — стоять! — но теперь уже для всех остальных. Слава богу, меня послушались. А может, все не хуже меня понимали, что поодиночке нам верная смерть.
До валунов, за которыми я рассчитывал укрыться, оставалось всего ничего, когда произошло неожиданное: справа от нас, из кустов, показавшихся Джибралю спасением, выскочили чируки, явно поджидавшие, когда мы с ними поравняемся, чтобы ударить во фланг нашего короткого строя.
Мы с Обстом оказались к ним самыми ближними, и потому их атака пришлась прямо на нас. Не знаю, смог бы я удержать себя в руках, и не броситься под защиту таких близких камней, если бы не Обст. Он, вместо того, чтобы отпрянуть от внезапно появившихся дикарей, сделал большой шаг, почти прыжок им навстречу. Поднырнув под руку с копьем ближнего из них, Обст обрушил тяжеленый знак Коллегии следующему, угодив в голову, украшенную птичьими перьями, воткнутыми в волосы. И тут же, разворачиваясь, ударил в затылок того чирука, с чьим копьем только что разминулся.
У меня получилось. Получилось отвести удар копьем заплечным мешком. Дальше рука с саблей как будто сама по себе нанесла удар чируку, попытавшемуся снова воткнуть в меня копье. Удар получился несильным, я очень опасался провалиться вперед, но хватило и его.
Где-то за спиной раздавались звуки боя, но было не до них. На двоих с Обстом у нас оставалось еще трое чируков, и один из них выглядел настоящим головорезом. Огромного роста, весь покрытый замысловатыми татуировками, с рваным шрамом, пересекающим всю его грудь, одним видом он вызывал к себе ужас. Мне очень повезло, что чирук бросился не на меня. Не знаю, хватило бы ли у меня мужества сразиться с ним, слишком уж устрашающе он выглядел. Вероятно, в той части Коллегии, к которой принадлежит Обст, учат великолепно, поскольку окудник разделался с этим гигантом всего двумя ударами. Я и сам не сплоховал, покончив с другим противником единственным выпадом в грудь. Дальше мы уже вдвоем с Обстом быстро заставили завалиться на землю третьего чирука, и бросились на помощь к своим. А им приходилось туго.
Чируков было больше чем вдвое, и против троих матросов с «Иоахима Габстела» оставалось пять дикарей. Двое дикарей корчились уже на земле, и еще один лежал на ней в нелепой позе, неестественно вывернув голову.
— Держитесь, — крикнул я, чтобы закашляться от так некстати сорвавшегося голоса.
Затем вздрогнул, увидев как Кемир, с пробитой насквозь стрелой головой, охаживает арбалетом одного из чируков. Кемир, отбросив от себя врага мощным толчком ноги в грудь, оказался ко мне боком, и только тогда я увидел, что стрела пробила ему щеку, застряв в ней где-то на половине своей длины.
«« ||
»» [216 из
330]