Андрей Левицкий Алексей Бобл - Хроники Пустоши
– Пока не видно. Внизу что-то торчит… Я попробую развернуться, иначе врежемся носом и… – Не договорив, Ставро локтем сдвинул сразу два рычага и навалился на рулевое колесо.
«Крафт» клюнул носом, будто утлая лодочка, зачерпнувшая воду. Корму задрало к небесам. Ноги Турана подбросило, руки соскользнули с ящика, и Белорус выпустил его. Кувыркаясь, Туран полетел над полом. Он бы пробил лобовое стекло и выпал наружу, но лежащий грудью на штурвале Ставро схватил его за шиворот и рванул к себе. Воротник впился в шею, дыхание перехватило. Туран, прижатый к боку великана, задергался.
В рассветной полумгле за окном он успел разглядеть протянувшуюся к склону провала широкую трубу из голубоватого металла, усеянную шипами, выступами и углублениями.
И еще кое-что стало видно при взгляде в окно: «Крафт», летящий прямо над трубой, вот-вот врежется в склон.
Емкости такого удара не выдержат, лопнут обе – тогда конец.
– Там что-то торчит! – крикнул Туран. – Слышишь? Надо зацепиться!
Оттолкнувшись от штурвала, он сорвал брезент с лебедки под окном. Пригнулся на наклонном полу, будто на крутом косогоре, и каблуком вмазал по стопору. Лебедка хрустнула, Туран дернул рукоять на торце. Она завращалась, из-под днища гондолы вниз полетел швартовочный крюк. Прошлой ночью Ставро починил механизм, сломанный в аварии на Корабле, повесил новый крюк на запасной трос.
– Он не выдержит! – крикнул великан, понявший наконец, что делает Туран.
– Хотя бы смягчит удар!
Свист ветра заглушил лязг, с которым крюк стукнулся о трубу. Она исчезла из виду за нижним краем окна. Каменистый склон, который рассекала поросшая травой широкая горизонтальная трещина, стремительно надвинулся.
«« ||
»» [302 из
626]