Андрей Левицкий Алексей Бобл - Хроники Пустоши
Дерюжка стал тем, кем стал, не благодаря выдающемуся уму, решительности, смекалке или хитрости. Главным его достоинством было понимание того, как себя вести, как держаться в любой ситуации, что и с какими интонациями говорить, когда и кому дерзить или грубить, а перед кем прогибаться. Это интуитивное, неосознанное умение еще никогда не подводило его.
Бандит ссутулился, обхватил себя за плечи и зашагал по аппарели, оставляя мокрые следы.
– Впустите меня! – попросил он.
– А ты кто такой? – спросило одно лицо, когда бандит оказался на железной плите перед дырой.
– Путник я!
– Что еще за путник?
– Ну – странник.
– И как здесь очутился, странник? – хмыкнуло другое лицо, небритое и с мешками под глазами.
– Мы караваном шли, небольшим, – запинаясь, стал рассказывать Дерюжка. – Я охранником был. Наемник я, торговец, хозяин каравана нанял. Людоеды на нас напали. Ну и…
– А что это за выстрелы там были? – перебило третье лицо. В отличие от первых двух, выглядело оно настороженно и смотрело на гостя с подозрением. – И почему колонна наша движется?
«« ||
»» [422 из
626]