Андрей Левицкий Алексей Бобл - Хроники Пустоши
– Я не один, у нас гости.
Только теперь Туран разглядел хозяйку – небольшая, полная, с круглым миловидным лицом, рядом с богатырем Молотом она смотрелась несколько неуместно. Белорус, спускавшийся за Ставро, подал руку Знатоку – той было тяжело сходить по отвесной лестнице из-за раненой ноги. Крючок, все такой же отрешенный, спускался последним.
Рита всхлипнула напоследок, утерла мокрые щеки и жестом пригласила всех в дом. Когда они с бородачом скрылись в пристройке, Макс улыбнулась рыжему:
– Ты такой галантный.
– Какой? – не понял Белорус. – Это что значит? Я вообще-то из-за Ставро… Увидит Рита, что ты в его свитере, так подумает невесть что, затопчи вас всех кабан! А так, если ты, будем говорить, со мной, так вроде ничего. Держись меня, Макс, короче, не подводи Ставридеса.
С лестницы прозвучал голос Ставро:
– Эй, не отставайте!
Туран посторонился, пропуская Макс и Белоруса. Настил под ногами дрогнул, ночь озарилась багровыми сполохами, и совсем рядом взревело пламя – где-то неподалеку упал очередной снаряд катапульты.
* * *
Внизу Туран разглядел Риту получше… и ощутил легкое разочарование. Ставридес был невероятным человеком: великий боец, великодушный, добрый, уверенный в себе. Он поверил Турану, спас его во время иловой бури, он летал на «Крафте», единственной в своем роде машине… А с каким азартом рассказывал о хозяине термоплана Шаар Скиталец! И женщина легендарного Руки-Молота должна была выглядеть как-то… как-то иначе, как-то исключительно. Ведь Ставро и сам – исключение из всех правил Пустоши. Но Рита совсем не казалась исключительной. Просто обычная горожанка, симпатичная, приятная, с добрыми глазами, и мысли ее были о доме, о хозяйстве – точь-в-точь «баба» из стишков Белоруса. Едва все спустились вниз, она стала собирать на стол, приговаривая, что не готова к приезду такого количества гостей. Сновала по комнате, выставляла на стол холодное мясо и кукурузные лепешки. Наполнила чайник…
«« ||
»» [469 из
626]