Андрей Левицкий Алексей Бобл - Хроники Пустоши
Вместо этого он откинул голову назад и расхохотался, а после бросил Дерюге:
– От, учись, молодой, как с людя́ми надо! Ты глянь – оно с виду ну совсем же тупое, а сразу поняло, что к чему и почем, и кто тут старшой. Эй, малыш, тебя как звать?
– Гангреной кличут, – ответил Гангрена. – Так пойдем, что ли, Рюрика громить?
– Гангрена, значит… Ну что же, если говоришь, что и Пузырь там со своими, и объединились они как раз… Тогда миром у нас не выйдет, не пойдут эти двое со мной на мировую. Тогда, стало быть, и вправду громить их придется. Остальных токмо поприжать для острастки, а с этими разобраться раз и навсегда. Ну, лады! Кабан, Лопасть, Бирюза и ты, Гангрена – за мной. Вышиба, Дерюга – что делать, вы знаете. Возле логова Рюрика встретимся. Приступаем, хлопцы!
Глава 11
В путь вышли впятером – Назарий, Белорус с Тураном и меха-корповские агенты. Крючок сделал вялую попытку присоединиться к ним, хотя и не знал, куда они идут. Ему в несколько голосов велели лечить ребра и помочь Ставридесу с новой оболочкой для «Крафта», и он легко согласился.
Ковшня повел их прочь от центра города. Идти пришлось по старым улицам, где многие здания, как и дом Риты, были выстроены на древних фундаментах. На маленький отряд, возглавляемый Назарием, никто не глядел – у жителей умирающего города хватало проблем. Где-то в отдалении раздавался рев и визг снарядов, обстрел продолжался, и небо над Херсон-Градом было затянуто дымом.
Вскоре провожатый свернул в кривой проулок и остановился у небольшого здания-развалюхи. Огляделся и постучал: три быстрых удара, пауза, еще три. Из-за двери донеслись шаги, в щелях мелькнул свет, дребезжащий старческий голос спросил:
– Кого ночь принесла?
– Кого ждали, того и принесла, – проворчал Назарий. – Открывай, Кирюта!
«« ||
»» [506 из
626]