Лилит Сэйнткроу - Грешники Святого города
– Tranquille, belle morte, – прошептал он, растянув губы в улыбке и обнажив клыки. – Спокойствие, прекрасная смертная. Не суйся туда. Там, – он презрительно усмехнулся, – западня.
Как правило, нихтврены обращают людей, только если те исключительно красивы или исключительно жестоки. Я никогда не видела безобразного нихтврена. По правде говоря, в человеческой жизни я вообще мало их видела, если не считать учебных материалов к курсам паранормальной анатомии и межвидовых коммуникаций. За относительно недолгое время моего существования в качестве полудемона я их повидала больше, чем за все предшествующие тридцать лет.
Да и сами нихтврены не жалуют некромантов. И то сказать: с чего бы этим существам, стремящимся к бессмертию, любить детей смерти?
Тиенс был рослым мужчиной: густая копна светлых волос, красивое и выразительное мужественное лицо и, что характерно для ночных хищников, светящиеся, как у кошки, бледно голубые глаза. На его высоких скулах играл румянец: видимо, он где то подкрепился. На нем был черный пропыленный свитер с треугольным вырезом, мешковатые рабочие брюки и поношенные сапоги. Выглядел он точно так же, как при первой нашей встрече в Новой Праге.
К обществу Лукаса я успела привыкнуть, а вот рядом с кровососом, агентом Хеллесвранта, мне было не по себе. Кровососы пугали меня больше, чем демоны, и при виде кровососа на службе у демона меня так и подмывало обнажить меч.
Но он был прав: дом на углу Пятой и Ческо представлял собой ловушку. Прошло всего несколько мгновений, и оборотень появился снова, сделал круг и опять перепрыгнул через стену. Если бы я только что добралась сюда или преследовала его всю дорогу, быть бы мне одураченной. Возможно, меня спасла собственная слепая паника.
Теплые пальцы Тиенса на моей руке расслабились. Он обернулся через плечо, легкой улыбкой отметив это появление и исчезновение оборотня, как выходку неразумного дитяти.
– Кретин. – Резкое слово смягчилось произношением: выговор у Тиенса был старинный, южномериканский. – Пойдем. Это место не для тебя, belle morte.
– Никуда я с тобой не пойду, – тихо ответила я.
Он, улыбаясь, поднял голову, и от этой улыбочки меня пробрало холодом сильнее. Его клыки слегка удлинились и выступили поверх нижней губы. Глаза кровососа светились весельем, словно он знал, что никуда я не денусь и отправлюсь с ним, поскольку выбора у меня нет.
«« ||
»» [187 из
351]