Андрей Ливадный - Врата Миров
В городке, спрятанном под нависающим козырьком скал, было пустынно.
Сборные модульные дома давно обветшали, но чинить их – нет ни материала, ни времени.
«Младшие понемногу подрастают, но какая их ждет судьба? – думал Егор, шагая по улице. – Эшранги между собой не ладят. В открытую они, конечно, не воюют, но каждая группировка стремится овладеть превосходством, подмять под себя как можно больше хондийских селений. «Птицы» ничем не брезгуют, говорят, некоторые из них сумели приручить и начинают вооружать мутантов – тех, что посообразительнее.
Тяжелые времена. Война грядет, «птицы» не угомонятся, пока друг друга не перебьют либо не найдут способа вырваться с планеты. Одна надежда – может, и впрямь починят свои корабли, улетят?»
Вид городка будил в душе Егора далеко не светлые чувства.
Нет, своих он любил, но сурово, черство, а остальных существ ненавидел глубоко, въедливо.
Душа и разум блуждали в сумерках, но Егор не замечал этого. Детство, уроки Степ Степыча, первые лучи солнца, однажды пробившиеся сквозь клокастые тучи, радостные, беззаботные дни – все выцвело, превратилось в серые карандашные наброски, которые уже никто и никогда не раскрасит вновь.
Родька и Пашка ушли вперед, а он все стоял, глядя на ровно расчерченные улицы, ловил обрывки воспоминаний, но находил только боль.
Дом, где он родился и вырос, пустовал. Не смог он туда вернуться после гибели родителей, поселился в мастерской, где теперь хозяйничал Степ Степыч.
Андроид помогал всем. Приглядывал за детишками, мастерил нехитрый сельскохозяйственный инструмент, а поздно вечером, когда темнело, брался за работу иного толка: из корпусов неисправных сервов, их механизмов, кусков пластика, лоскутов синтетической материи и старых, уже ни на что не годных скафандров ладил самодельную экипировку, чинил оружие, изготавливал патроны.
«« ||
»» [301 из
455]