Лиза Джейн Смит - Души теней
– Хорошо, – согласилась Елена. – Подержи веревку, а я сяду в паланкин.
В веревке не было большого смысла – они оба сидели в одном паланкине. Его несли четверо мужчин, невысоких, но жилистых, одинакового роста – чтобы паланкин шел плавно. Если бы Елена была свободна, она бы никогда не позволила, чтобы ее несли четыре человека, которые (как она решила) были рабами. Она бы устроила настоящий скандал. Но она наконец поняла, о чем говорила самой себе в доках. Она была рабыней, хотя Дамон никому за нее не платил. Она не могла устроить скандал. Она поняла, что в этой зловонной дыре ее возмущение прежде всего навредило бы самим носильщикам. Их хозяин или хозяин паланкина наказал бы их, как будто они были в чем то виноваты.
Лучший план А на этот момент: держать рот на замке.
Вокруг было на что посмотреть: они шли по мосту над вонючими трущобами и улицами, застроенными обветшалыми домами. Показались лавки из некрашеного камня, спрятанные за массивными заборами, потом пошли более респектабельные строения, и внезапно они оказались на базаре. Но и здесь на многих лицах лежала печать бедности. Елена ожидала увидеть холодный, черный стерильный город, населенный лишенными эмоций вампирами и демонами с горящими глазами. Вместо этого она повсюду видела людей, продающих то, в чем вампиры не нуждаются – от лекарств до еды и питья.
Ну, может быть, это нужно кицунэ и демонам. Елена попыталась подавить мысль о том, чем питаются демоны. На перекрестках стояли полуодетые юноши и девушки с застывшими лицами и другие – оборванные, измученные, державшие в руках таблички «ПАМЯТЬ ЗА ЕДУ».
– Что они имеют в виду? – спросила Елена, но Дамон ответил не сразу:
– Именно так проходит жизнь большинства свободных граждан этого города. Вспомни об этом, прежде чем начинать очередной крестовый поход.
Елена его не слушала. Она смотрела на одного из державших табличку. Он был невероятно худ, почти беззуб и оброс клочковатой бородой. Во взгляде было отчаяние. Он то и дело протягивал дрожащую руку, демонстрируя маленький светлый шарик и бормоча:
– Летний день времен моей молодости. Летний день за десять золотых.
Он говорил это чаще, чем кто либо другой.
«« ||
»» [152 из
437]