Татьяна Луганцева - Хозяйка бешеных кактусов
Яна добралась до двери и в отчаянии рассмеялась. Дело в том, что в этом старом разрушающемся помещении только дверь была новая и железная, с мощными замками и задвижкой с наружной стороны.
«Профессионально сделанная ловушка, — мелькнула мысль у Яны. — Только не паниковать. Думай, Яна, что делать? Думай! Ты освободилась от пут, решай, что предпринимать дальше».
Она бросила беспомощный взгляд вокруг, задержала его на окне с одним выбитым стеклом. Ее удивлению не было предела, потому что она вполне могла бы пролезть в это окно. И к тому же на нем не было решетки.
«Какая неосмотрительность», — не то с радостью, не то осуждающе помянула Яна похитителя. Она подковыляла к окну и, высунув голову наружу, осмотрела окружающий пейзаж. Внезапно нахлынувшая радость сменилась горьким разочарованием: ее комната-клетка находилась на головокружительной высоте. Вниз шла отвесная полукруглая стена, а вместо земли простирались острые камни, о которые разбивались волны. У Яны даже дух захватило от высоты и закружилась голова. Не надо было быть семи пядей во лбу, чтобы понять: она находится на маяке. На верхнем ярусе неработающего маяка. И сюда никто и никогда за ней не придет. Если только ее мерзавец-похититель. Она подобрала с пола камень, отошла подальше и разбила второе стекло в окне. Затем, после недолгих усилий, смогла распахнуть деревянные полусгнившие и пахнущие плесенью створки. Дерево и стекло полетели вниз с устрашающей высоты и расколотились о камни в щепки и осколки. Яна высунула наружу бледное лицо. Совершенно без всяких уступов отвесная стена и камни не радовали ее глаз. Она ощущала себя сказочной принцессой, запертой в заколдованной башне, только принц не придет и не спасет ее. А волосы Яны хоть и были длинными, но не настолько, чтобы она смогла, обрезав их, сплести длинные веревки и выбраться наружу. Веревки, которыми она была связана, были слишком коротки и ветхи. Она беспомощно огляделась. И тут взгляд ее остановился на своих собственных ногах, перебинтованных эластичными бинтами, под которыми были наложены лечебные повязки с мазью. Яна начала судорожно разматывать бинты и связывать их друг с другом. Получилась достаточно длинная веревка. Яна выкинула ее конец в окно и выглянула наружу. Нижний конец до камней не доставал, но Яна понимала: она должна предпринять эту попытку. Уж как-нибудь приземлится. Оставалось только надеяться, что с наименьшим ущербом для себя.
Яна снова оглядела свою тюрьму, ища, за что можно укрепить верхний конец связанных бинтов. И решила, что железная арматурина, торчащая из стены над головой Яны, подойдет. Она потянулась до нее и крепко привязала свой импровизированный канат.
— Ну, что ж, с богом. Все равно проверить, правильно ли я поступаю, можно, только совершив это безумство, — вслух сказала Яна, подбадривая сама себя.
Она взгромоздилась в оконный проем и, схватившись за бинт руками, рухнула вниз.
Слово «рухнула» было самым подходящим для определения того, что произошло. Яна не подумала, что эластичный бинт может быть настолько эластичным. К тому же руки у Яны были очень слабые, и она стремительно заскользила вниз, растягиваясь на резинке бинтов, моля о том, чтобы железный штырь, за который была зацеплена «веревка», не выскочил из рыхлой стены.
При всей растянутости эластичного бинта на землю она не упала, а повисла метрах в двух от поверхности острых камней.
Яна висела и решала вопрос: прыгать ей или нет. Но треск рвавшегося эластичного бинта внес свои коррективы и поставил точку.
«« ||
»» [161 из
277]