Сергей Лукьяненко ЧЕРНОВИК
У Андрея закатились глаза, он обмяк и осел на пол.
Я смотрел на Настю, она на меня.
— У меня есть знакомый негр, — сказал я. — Любит пивными кружками размахивать. Тебя бы с ним свести... на ринге.
— Я помогла? — спросила Настя.
— Еще как помогла, — согласился я. — Начиная с того момента, как сказала, что не смиришься с оккупацией.
— Не хочу я врать, — сказала Настя. Обернулась, поставила казан на барную стойку. Я легонько пнул Андрея — историк лежал тихо. Подойдя к стойке, я запустил в казан руку.
Смахнув со дна на один край остатки риса и моркови, придавил их всеми пятью пальцами, собрал в комок и, обжигая кончики пальцев ещё горячим маслом, отправил пригоршню плова в рот. Захлёбываясь от аромата и от слюны, невесть откуда заполнившей весь рот, едва смог выдохнуть из себя:
— Изумительно вкусно! — С сожалением оглядев разлетевшиеся по всему полу остатки плова, спросил: — Ты где так научилась плов готовить?
— У меня папа вырос в узбекском кишлаке. Его белобородые старики учили плов готовить.
— А казанами драться? Это национальное узбекское единоборство?
«« ||
»» [405 из
461]