Сергей Лукьяненко - Недотепа
Рыцарь и ученик волшебника вышли, провожаемые меланхоличными взглядами моряков и любопытствующим взглядом трактирщика.
— Как, говоришь, зовут твоего капитана? — спросил Паклус.
— Его зовут капитан Бамбура… — ответил Трикс, чувствуя себя так, будто с разбегу прыгает в ледяную воду. — Капитан Бамбура, ужас Хрустальных островов…
Надо сказать, что посетившая Трикса идея вообще-то предназначалась не ему. В Идеальном мире, где хранится всё, придуманное всеми, кто умеет придумывать, плодотворная идея «а что, если комедианты будут всерьез исполнять свои роли — бунтовщики бунтовать, военные — воевать, а изобретатели — изобретать» хранилась для других комедиантов. Ибо ничто так не веселит самих актеров, как попытка представить свои поступки на сцене воплощенными в жизнь. Но то ли от выпитого крепкого пива, то ли от страха за Тиану и отчаяния, Трикс уцепил эту идею за хвостик — и благополучно изложил Паклусу.
Ну а то, что Паклус идею одобрил, может объясняться либо выпитым в «Чешуе и когтях» пивом, либо тем полнейшим непониманием морского дела, которым отличаются только рыцари и гномы.
Здание театра, куда пришли Паклус и Трикс, окружала медленно расходящаяся толпа. Дети галдели на все лады, няни и гувернёры суетились вокруг, пытаясь придать движению своих подопечных правильное направление. Повсюду валялись пустые стаканчики из-под прохладительного и фруктового льда, коробочки из-под шербета и рахат-лукума. Какой-то малыш голосил во все горло:
— Еще! Хочу еще про Бамбуру и Альбу!
Трикс слегка приуныл. Судя по всему, в Дилоне выступления комедиантов пользовались популярностью. А Триксу, при всей его любви к лицедеям, сейчас хотелось бы увидеть пустой зал и голодных артистов, готовых за пару золотых наняться в матросы.
Суровый северный варвар у входа узнал Трикса и слегка кивнул. Видимо, каждый, кто хоть чуть-чуть приобщился к миру театра, становился среди комедиантов своим.
А вот на Паклуса варвар уставился с подозрением и положил руку на боевой молот.
«« ||
»» [237 из
517]