Сергей Лукьяненко - Новый Дозор
С подносом, на который он поставил кофейные чашки, сливочник и сахарницу, Эразм повел меня в гостиную. Тут семидесятые годы прошлого века бесславно капитулировали перед двадцатыми или тридцатыми годами – благородно вытертая кожаная мебель; повсюду темное дерево – и в мебели, и в настенных панелях; мраморный камин… причем, к моему удивлению, в нем горели настоящие поленья! Насколько я знал, это было строжайше запрещено – в свое время, борясь со знаменитым лондонским смогом, все камины в городе перевели на газ. Никакого телевизора, конечно, тут не было, зато имелся ламповый радиоприемник, деревянный и основательный, напоминающий небольшой шкафчик.
– Не замерзли, Антуан? – спросил Эразм. – Быть может, немного порто с коньяком?
– Лето на дворе, – удивленно сказал я. До меня иногда не сразу доходят элементарные вещи. – А… впрочем… у вас здесь так прохладно. Толстые стены, да? Спасибо, с удовольствием выпью глоток порто с коньяком.
На лице Эразма отразилось облегчение.
– Ну конечно, вы же из Моско… России! – обрадованно сказал он. – Вас не должно смутить пить с утра!
– Уже почти обед, – дипломатично сказал я, удобно располагаясь в глубоком кожаном кресле.
– К черту порто! – воскликнул Эразм. – Хорошее, доброе, старое ирландское виски!
Ну что ж, три сотни лет – вполне достаточный срок не только для того, чтобы приобрести кусок аббатства в центре Лондона, но и чтобы стать алкоголиком.
Из широкого буфета, чьи полки были закрыты дверцами с мутным матовым стеклом, Эразм извлек несколько бутылок. Придирчиво их осмотрел и выбрал одну, без всякой этикетки.
– Полтораста лет, – сообщил он. – У меня есть виски и постарше, но это не имеет особого смысла. Главное, что тогда бензиновые моторы еще не травили природу своей вонью, рожь была рожью, солод – солодом, а торф – торфом… Вам со льдом, Антуан?
«« ||
»» [170 из
417]