Сергей Лукьяненко - Новый Дозор
– Вот так-то, Антуан. И вы начинаете чувствовать себя динозавром! Скоро начнете украшать свой дом советскими плакатами и красными знаменами! Ничего-ничего, к бегу времен тоже можно привыкнуть… Что ж, давайте я расскажу вам про Тигра. Про моего Тигра. А потом вы объясните, что стряслось у вас.
Семнадцатый век – время не слишком-то приспособленное для счастливого детства. Впрочем, для бурной зрелости и спокойной старости оно тоже не слишком-то годилось. Умереть было не просто, а очень просто. Жизнь была всего лишь прелюдией к смерти и посмертному существованию, в котором мало кто сомневался.
Иногда эта прелюдия была долгой, но куда чаще – короткой.
Как для людей, так и для Иных.
– Ты слушаешь меня или спишь, мальчик?
Эразму Дарвину было четырнадцать лет и в двадцатом веке он бы обиделся на обращение «мальчик». Но в семнадцатом веке это было нормально. Собственно говоря, человек из двадцатого или двадцать первого века принял бы Эразма за ребенка десяти-одиннадцати лет. Возможно, его бы смутило, что и штаны, и камзол Эразма ничуть не отличаются от одежды его взрослого спутника, но это тоже была часть времени. Дети не являлись чем-то особенным, требующим иного отношения, питания или одежды. Просто маленькие человеческие существа, которым, возможно, посчастливится стать полноценными взрослыми. Даже на картинах лучших живописцев того времени тела и лица детей были неотличимы от тел и лиц взрослых – если взгляд художника и ловил отличие в пропорциях, то сознание успешно отвергало разницу. Мальчик – это просто недомужчина. Девочка – просто недоженщина… впрочем, девочки меняли свой статус на женский очень быстро, и это никого не смущало. Человеческое тесто, куда упали первые дрожжи цивилизации, бурлило и расползалось. Человечеству надо было расти. А для этого – больше рожать, потому что не в человеческой власти было меньше умирать.
– Я не сплю! – возмутился Эразм.
– Тогда где витает твой дух? – Спутник Эразма гневно посмотрел на мальчика. Он выглядел лет на тридцать – немалый возраст. Немалый – будь он человеком. Но он был Иным, и сколько ему лет на самом деле – знал лишь он сам.
– Я думал… об этом… – Эразм смущенно развел руками.
– Об этом? – спутник Эразма с отвращением посмотрел на цветущий луг. – Скажи, мальчик, ты – пчела, собирающая нектар?
«« ||
»» [177 из
417]