Сергей Васильевич Лукьяненко - Застава
Потом портал исчез, и нас ждало свидание с рычагами, маховиками и прочей паровозной машинерией. Не очень приятное свидание. Но одно то, что никто из нас не влетел в топку, которая от удара распахнулась, можно было считать удачей.
– Я не льюблю, когда зьря! – воскликнула Эйжел. С возмущением посмотрела на свою правую руку, покоящуюся на груди в самодельном лубке. – Всьё зьря!
– Мы пересекли Разлом, – напомнил я.
– И что? – развела руками Эйжел. – Сьильно нам это помогло?
У меня болело, казалось, все на свете. И это при том, что я уже сожрал несколько таблеток земного обезболивающего и две местные пилюли, чей состав вызывал у меня большие сомнения… почти наверняка земные наркополицейские за любую такую пилюлю вкатили бы мне хороший срок.
Но серьезных травм у нас почти что не было – кроме сломанной руки Эйжел.
Ашот ухитрился вывихнуть большой палец. Видимо, это больно, потому что орал он как резаный. Эйжел посмотрела на него, выругалась – и вправила палец левой рукой, после чего занялась своим переломом. Хмель приложился головой, получил легкое сотрясение, но беспокоился, похоже, об одном – не вернулось бы заикание. Я обошелся многочисленными синяками. Старый хрыч Пагасо вообще был невредим! Сам он это объяснил просто: «Моя девочка меня никогда не обидит».
В общем, учитывая все обстоятельства, переправу можно было считать успешной.
Вся проблема была в том, что наш паровоз годился теперь только в металлолом. Да и то, если стоимость его доставки в Гранц будет сочтена выгодной.
А на полустанке, как две капли воды похожем на оставшийся на той стороне Разлома, своих транспортных средств не было. Ну, кроме дрезины, на которой смотрительница станции, как мы узнали, любила порой ездить в Разлом – смотреть на звезды и пить пиво в тумане.
«« ||
»» [191 из
345]