Сергей Васильевич Лукьяненко - Застава
– Нет, есть еще кое что. Но я не хочу сейчас говорить. Это слишком глупо звучит, я, наверное, что то неправильно поняла. Прости меня, Ударник. Ребята, простите!
У меня вдруг защипало глаза. Сентиментальным, что ли, становлюсь?
Глава 17
Я не заметил, как заснул. Зато очень хорошо заметил, как проснулся.
Болела голова. Раскалывалась. До подташнивания, до цветных искр в глазах болела.
И эта боль была мне знакома.
И то, как щипало глаза, – тоже.
Застонав, я поднялся с пола. Потрогал щеку – на ней четко отпечатался ребристый узор половых досок. Спал я не шевелясь, мертвым сном.
Впрочем – почему спал? Лежал, «выключенный» таким же газом, как тот, который вдохнул в Антарии.
Я по прежнему был в своей клетке. Все так же стучали колеса поезда. Все так же тускло светили под потолком газовые лампы. Только что то погромыхивало, перекатываясь в дальнем конце вагона. Я встал, шатаясь и прижимаясь к решетке, чтобы не упасть. С какой стати нашим конвоирам вздумалось опять травить нас газом? Неужели не понравилась откровенность Эйжел? Но заткнуть ей рот можно было другими способами, обычным кляпом, в конце концов! Зачем же газ?
«« ||
»» [236 из
345]